Книга Гений Медицины. Том 2, страница 56 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

— Как тебе морс? — поинтересовался я у Жени.

— Надоело уже эту гадость пить, но приходится, — без заикания и запинок ответил он. И тут же испуганно прикрыл рот рукой.

Зелье правды. Хорошая штука, однако. Я усмехнулся, а Болотов пока что не понимал, в чём дело.

— А зачем же ты его пьёшь? — мне правда было интересно зачем.

— Чтобы создать образ ботана, со странными привычками и повадками, — ответил тот и снова закрыл рот рукой. В его глазах начало появляться понимание, и он поспешно встал с дивана.

— Ты лучше ещё посиди, — с нажимом проговорил я. — Не спеши так.

Я выразительно на него посмотрел, и тому не оставалось ничего другого, кроме как подчиниться. Пока он мучительно думал, что ему делать, я набрал Зубова и попросил срочно прийти в ординаторскую. В этот раз разговор я записывать не хотел, лучше пусть будут свидетели.

Зубов скоро подошёл, а с ним Никита и Терентьев, которые предпочитали не пропускать яркие события. И Ларионов, но с ним об этом я договорился заранее.

Пока они молча заняли ординаторскую, не понимая, в чём дело.

— Зачем тебе создавать образ ботана? — спросил я у Болотова.

— Чтобы можно было спокойно провести тут эксперимент и никто ничего не заподозрил, — послушно ответил он. Затем взмолился: — Хватит!

Зелье работало так, что Болотов не мог молчать, если ему задавали вопросы. Оно очень хорошо развязывало язык.

— О чём речь? — спросил Зубов.

— Сейчас всё поймёте, — спокойно ответил я. — Женя, в чём заключается эксперимент?

Болотов весь вспотел и постарался сильно зажать рот руками. Вот только это не помогло.

— С помощью артефакта Безумия я должен был вызвать психические отклонения у определённого количества лиц, — сказал он. — Разные по степени тяжести и в разные сроки. Последний эксперимент должен произойти сегодня, и тогда я стану членом Культа Стеклянного Глаза.

Реакция у всех была разная. Терентьев и Никита ахнули, Зубов нахмурился, а Ларионов всерьёз собрался бить Болотова.

— Ах ты, сволочь, это из-за тебя тут начались все эти случаи! — воскликнул психиатр. — Да я тебя сейчас самого…

— Подождите, — остановил я его. — Самосуд мы устраивать не будем. Свидетелей тут много, так что Болотова мы передадим полиции. А те сами будут разбираться дальше.

Майор Громов такими темпами свой план по поимке преступников перевыполнит. В этом месяце уж точно.

— Ради этого вы устроились в клинику? — спросил Зубов.

— Да, это было моё задание, — Женя уже не пытался себя остановить — понял, что это бесполезно. — Любой ценой попасть в самую лучшую клинику Санкт-Петербурга, чтобы провести эксперимент здесь. И с аристократами, и с простолюдинами.

— А все ваши случаи с мазками, клизмами и прочим как-то с этим связаны? — задал Зубов ещё один вопрос.

Он был шокирован, что такое творилось в его отделении. Но заметить это было трудно. Болотов действительно создал удачный образ тихого, стеснительного, заикающегося зазнайки.

— Нет, — отозвался Евгений. — Мне просто нравится делать людям больно.

Как же жутко он это сказал! До этого я до конца не осознавал, но кажется: пока Болотов проводил все эти эксперименты, он сам сошёл с ума. Перед нами сидит безумец.

— Интересная вещь — психика, — продолжал Болотов. — Такая хрупкая, такая неизученная. А когда человек понимает, что с ним что-то не так… В этот миг его взгляд — он неописуем.