Книга Гений Медицины. Том 2, страница 91 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

Диагностический аспект ничего не показывал, но офтальмологический явно говорил о наличии какой-то проблемы. Я принялся за стандартные тесты, которые проводил всем пациентам. Проверка зрения, измерение внутриглазного давления. Но все они были в порядке.

— Я же уже сказал, что проблем нет, — заметно нервничая, повторил Кирилл Сергеевич. — Можно пойду?

— Я ещё не закончил, — отозвался я. — Куда вы так спешите?

— Просто не вижу смысла во всех этих тестах, — буркнул пациент. — Раз всё в порядке.

Что-то явно не в порядке, раз он так спешит уйти из кабинета. Я отмёл остальные причины, и решил проверить цветовое зрение. И достал тест Ишихара.

Это была серия фотографий, на которых были изображены пятна различных цветов. Эти пятна образовывали цифры или фигуры, и пациенту нужно было их назвать.

Кирилл Сергеевич заметно побледнел, но деваться ему было некуда. После проведения теста я убедился в своей догадке, дальтонизм по типу дейтеранопии. Неспособность воспринимать зелёные оттенки.

— Судя по всему, вы уже знаете о вашем заболевании, — проговорил я. — И понимаете, что с дальтонизмом нельзя работать водителем общественного транспорта.

Особенно с такой формой. Он же элементарно не увидит цвет светофора!

— Константин Алексеевич, я вас умоляю, не пишите это в диагноз! — взмолился Кирилл Сергеевич. — Ну меня же с работы попрут, а куда мне устроиться ещё. Здесь платят хорошо, в автошколе отучился ради этого места. Прошу вас!

Понятно, почему он так отчаянно пытался скрыть свою болезнь. Но в данном случае я ничего не мог сделать, ради безопасности и пациента, и других людей, мне надо было написать диагноз.

О чём я и сообщил Иванову.

— Вам деньги нужны? — понял он это по-своему. — Сколько? Много я дать не смогу, но всё-таки кое-что… Только не пишите диагноз!

— К сожалению, диагноз написать придётся, — повторил я. — С таким заболеванием вам нельзя работать водителем. Его нужно лечить. Это не тот диагноз, который можно проигнорировать.

Иначе рано или поздно это приведет к аварии. Пострадает не только он, но и другие пассажиры. Но есть способ помочь…

Додумать я не успел.

— Я буду жаловаться! — воскликнул Кирилл Сергеевич и гордо покинул кабинет.

Быстро он! Только пятки сверкали. Ну, пусть жалуется. Мне даже интересно, как будет звучать такая жалоба.

Дослушал бы меня до конца и понял, что все не так плохо, как кажется. Мы живем в мире магии, которая может помочь даже в таком случае.

Я принял оставшихся пациентов, и наступил небольшой перерыв. Глазков был ещё занят своими делами, и я решил сходить отдохнуть в своё отделение. Тем более что Ирочка сказала, что следующие пациенты будут только через час.

В ординаторской было пусто, но выпить чаю мне не дал появившийся Клочок.

— Срочно в кладовку, хозяин! — пискнул он. — Беда.

— Что такое? — спросил я.

— Я там Никиту нашёл, — отозвался крыс. — Кажется, его кто-то усыпил!

Зубов всё утро пытался найти Никиту. Он даже оставлял Шуклина для разговора наедине, в чём-то его подозревая.

— Михаил Анатольевич с Шуклиным говорил? — спросил я у своего главного шпиона. — Он признался, что он сделал с Никитой?

— Не-а, — покачал головой крыс. — Твердил, что он ничего не делал. И наставник рукой махнул на него в итоге. А я стал проверять помещения в отделении. И в подсобке нашёл спящего Никиту.