Книга Гений Медицины. Том 3, страница 109 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

Он достал телефон и набрал номер своего друга и коллеги из министерства, Дмитрия Александровича.

— Ну что, как там на новом месте? — бодро спросил тот, взяв трубку после первого же гудка.

— И не спрашивай, — фыркнул Семён. — В отделениях бардак, везде бардак. Работы непочатый край.

— Так это же тебе на руку, — подметил Дмитрий. — Главное, чтобы министерство увидело, насколько всё плохо — и что в кресле главного врача должен сидеть ты.

— Для этого «Империя здоровья» не должна в этом году выиграть в конкурсе, — задумчиво ответил Семён Михайлович. — Перестанет быть лучшей, а я заявлю в рапорте, что это из-за нынешнего главного врача. И всё, дело в шляпе.

Именно поэтому Кобылин так обрадовался, когда Министерство здравоохранения отправило его на эту должность. Время достигать личных целей!

— Проблем никаких не возникло? — поинтересовался Дмитрий Александрович.

— Одна есть, — нехотя признал Кобылин. — Есть тут молодой врач-интерн, который чувствую, может мне помешать делать всё то, что я задумал. Боткин его фамилия.

— Да ладно тебе, какой-то сопляк тебе не помешает? — заверил его собеседник. — Так, мне пора, работы много. Держись там!

Он отключился, и Семён убрал телефон. Боткин сопляк, да… Но почему-то всё равно было чёткое предчувствие, что он может помешать. И надо бы от него избавиться.

* * *

Вторая половина рабочего дня прошла более спокойно. Несколько раз навещал Евгению, контролировал, чтобы она была в порядке.

На пару часов сходил помочь Марии Михайловне, но саму её не увидел. Отделалался заполнением больничных листов в пустом кабинете.

Потом навестил Катю Енину, и разобрался со всеми текущими делами.

Под конец рабочего дня в ординаторской меня снова поймал Шуклин.

— Кафе в семь, — заявил он. — Идём?

А он всё ещё не понимает, насколько подозрительно это звучит? Мне очень любопытно, что же за сюрприз такой, о котором он говорит.

— Идём, — усмехнулся я. — Только дай сначала Зубову сообщу, что всё сделал.

Как раз в этот момент в ординаторскую зашёл наставник.

— Птенец недоделанный, то есть Шуклин, а куда вы перья намылили? — поинтересовался он. — Вы ведь мне ещё даже истории болезни не показали!

— Я просто думал, что вы уже ушли… — неловко попытался оправдаться Павел. Затем протянул несколько документов, — вот.

— Посмотрим, — Михаил Анатольевич принялся за изучение.

Довольно скоро он тяжело вздохнул и поднял на Шуклина такой своеобразный гневно-разочарованный взгляд.

— Бисопролол при бронхиальной астме, вы серьёзно? — спросил он. — Так, спокойствие, Михаил Анатольевич, спокойствие. Ваш птенец просто что-то перепутал…

Бисопролол — это препарат от давления, который влияет на бета-адренорецепторы организма, блокируя их. И он строго противопоказан при бронхиальной астме, когда эти рецепторы, наоборот, нужно стимулировать.

Базовое знание из алхимии, которое проходилось в лекарской академии несколько лет подряд, под названием «фармакология».

— А что такого? — выдал Шуклин.

— ААА, — схватился за голову Зубов. — Ну нет у меня уже терпения… Ну вот как так можно… Птенец мой из гнезда выпавший, к завтрашнему утру подготовите мне ответ на вопрос, почему так назначать нельзя. И да, сегодня вы дежурите.

Кажется, поход в кафе и сюрприз от Шуклина отменяются. Правда, он от этой новости аж в лице переменился.