Книга Гений Медицины. Том 3, страница 59 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

Но я по этим беседам скучал. Где ещё услышишь столько эпитетов, и увидишь, как наставник пытается вилкой проверить наличие мозгов у коллеги?

— Антибиотиками, — пролепетал Андрей Енин. — А это тут при чём?

— Да ну включите же мозг, молодой человек! — бесился инфекционист. — Антибиотики при пневмонии мы используем широкого спектра. Которые понятия не имеют, какие бактерии хорошие, а какие плохие!

Я уже десять раз понял, что имеет в виду Жирков. Но Енин откровенно тупил, хлопал рыжими ресницами и непонимающе смотрел на Дмитрия Степановича.

— И что? — выдавил из себя он.

— Андрей, микрофлора кишечника, — подсказал я.

— Точно! — ну наконец-то Енин догадался. — Антибиотики широкого спектра влияют на микрофлору кишечника, и из-за этого может возникнуть диарея. Я понял!

— Счастье-то какое, — буркнул Жирков. — Сегодня ночью подежурите в отделении, чтобы ещё раз это запомнить.

— Но у нас нет ночных дежурств на отделении, — возразил Енин.

— Когда у меня есть настроение — то и дежурства есть, — отрезал Жирков. — Всё, я сказал!

А вот это плохо. Енин — это единственный кандидат для моего секунданта. Ну не Шуклина же звать! Тем более есть риск, что его уже позвал Антон.

А значит, мне нужно Андрея доставать из этого дежурства.

Поговорить об этом я решил с Жирковым наедине. При своём подчинённом он вряд ли так просто согласится снять с него это дежурство.

— Дмитрий Степанович, с вами можно поговорить? — спросил я.

— Можно, — всё ещё насупленный, кивнул он. — Вы-то в отличии от моего подчинённого разбираетесь в инфекционных заболеваниях.

Он прошёл в свой кабинет, и недовольно приземлился на кресло.

— НАТАША! — выкрикнул он.

Мы же только что стояли возле поста медсестры. И Наташа была рядом. Но нет, по какой-то странной традиции её нужно было звать только так, из кабинета. Крича на всё отделение.

Наташа, разумеется, тут же появилась. Она уже давно к этому привыкла.

— Сделай нам чайку, — привычно кивнул Дмитрий Степанович.

Она кивнула и вновь выскользнула за дверь. А инфекционист устало потёр виски.

— Вот отказались вы от перехода в моё отделение, а мне теперь мучиться, — в который раз решил пожурить меня он. — Ну что это за ученик такой? Вы же сами всё слышали, у него медицинская логика вообще отсутствует!

— Любой может ошибиться, — спокойно подметил я. — Главное, чтобы он запомнил свою ошибку и не повторял её дважды.

— Вот пусть сегодня ночь в отделении сидит, и завтра мне зачёт сдаст по инфекциям, — стукнул кулаком по столу Жирков.

Так, просто так он Енина теперь не отпустит. Придётся импровизировать.

Я дал пару минут Жиркову, чтобы он успокоился. Как раз пока Наташа принесла чай. Инфекционист сделал большой глоток, и удовлетворённо вздохнул. Так, отлично. Его дыхание выровнялось.

— Дмитрий Степанович, мне кажется, это не лучшая идея, — аккуратно начал я. — Если Енин будет бояться ошибаться, он начнёт скрывать все ошибки от вас. И это приведёт к непоправимым последствиям.

Главное, говорить всё это с максимально серьёзным и убедительным лицом. У меня это хорошо получалось.

— Так что мне, не ругать его? — удивился Жирков.

— Ругать, конечно, — ответил я. — Но оставлять на дежурство, когда ваше отделение вообще не дежурит по ночам — это уже лишнее. Какое-то несправедливое наказание. Лучше действительно провести ему зачёт по какой-нибудь теме, и отпустить домой, чтобы он успел к ней подготовиться.