Книга Гений Медицины. Том 3, страница 64 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

Первое приглашение за такое долгое время. Очень странно. Впрочем, отец действительно рад, так что не буду портить ему настроение лишними подозрениями.

— Это здорово, рад за вас, — отозвался я.

— За нас, — поправил отец. — Приглашение на трёх человек, на всю семью Боткиных. И твоё имя указано отдельно, как приглашённого наследника Боткиных. Так что надо идти всем вместе.

Ещё страннее. Зачем отдельно звать меня? Приглашение высылается на семью, а семья уже решает между собой, кто пойдёт. Глава рода на такие встречи идёт в любом случае, остальные — по его желанию.

Тут же меня как будто специально пытаются туда заманить. Но возможно, мне просто уже так кажется… Слишком много всего вокруг меня происходит последнее время.

— Когда этот бал? — уточнил я.

— Через десять дней, в субботу, — ответил отец. — Бал-маскарад, так что ношение масок обязательно.

— Я приду, — пообещал я. — Первое приглашение за долгое время, надо идти всем.

На самом деле, просто развеять мои подозрения. Да и выйти в высший свет лишним не будет. В любом случае — в себе я уверен, и опасаться нечего.

Дома я рассказал уже почти заснувшему Клочку, как прошла дуэль, и сам отправился спать.

Утром, как и договаривались с крысом, оставил его дома, а сам пошёл в клинику. В ординаторской уже были спящий Шуклин, Лена и пьющий кофе Никита. Стандартная компания.

— Костя, доброе утро, — бодро поздоровался последний. — Что-то совсем от коллектива отбился. Совсем нам последние новости не рассказываешь, и даже свой успех на конференции не предложил отметить!

— Да там не успех, всего лишь хороший доклад, — отмахнулся я.

— Всё равно, предлагаю в эту субботу накрыть в отделении стол. Посидим, пообщаемся, — Никита был за любой кипиш, кроме голодовки.

В воскресенье я собирался ехать в Выборг, но суббота вполне была свободна. Тем более что долго я на этих посиделках не сидел, пару часов и всё.

— Договорились, — кивнул я.

— Птенцы, всем рота подъём! — скомандовал Зубов. — Птенец Боткин, вам посылка.

Довольно неожиданные слова от наставника в пятницу утром.

— Что за посылка? — удивился я.

— Да вот, под дверью ординаторской стояла, — он протянул мне небольшую коробку. На ней красовалось надпись «Боткину Константину Алексеевичу, врачу-интерну терапевтического отделения».

Как-то слишком подробно, ещё бы мою группу крови здесь же написали…

— А что это? — с любопытством спросил Никита.

— Понятия не имею, — я покрутил коробку в руках. Жаль, Клочка дома оставил, он не сможет по запаху определить, безопасна ли она.

Хотя с другой стороны, со всеми недругами я более менее разобрался. Кончено, остались ещё недоброжелатели, тот же Шуклин, который как обычно дремал на диване. Но вряд ли кто-то из них мне яд решил бы подослать. Или бомбу прямо в клинику отправить.

И Никита не отстанет, пока не узнает, что там в коробке. Да и Зубов смотрит с любопытством.

Я открыл коробку, и под пристальные взгляды всех присутствующих достал… женские трусики. Какого⁈

Я смотрел на женские трусики, остальные присутствующие в ординаторской смотрели на меня. А трусики ни на кого не смотрели.

И главное, в ординаторской воцарилась тишина. Можно было услышать, как пациент из палаты на другом этаже кашляет.

— Слишком много шуток, — не выдержал Зубов, и схватился за голову. — Я сейчас лопну, кто-нибудь, позовите врача! Есть здесь врач?