Книга Гений Медицины. Том 3, страница 96 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

Зачем она так много говорит? Перенервничала сильно. Это первая проверка, которую она принимала в роли исполняющего обязанности главного врача.

И что-то ей подсказывало, что этот первый опыт не будет удачным.

— Первое нарушение уже выявлено, — даже не здороваясь и не представляясь, отозвался один из мужчин. С горбатым носом, и с огромными квадратными очками. — Нет таблички с надписью «мокрый пол» вот в этом коридоре.

Он указал на коридор приёмного отделения, который вёл к служебным помещениям.

— Здесь мало людей ходят, а пол почти высох, — попыталась возразить Сарыгина.

— Правила есть правила, — отрезал проверяющий. — Дальше, покажите нам журнал посещений.

Они решительно отправились на вахту, а Мария Михайловна засеменила вслед за ними. М-да уж, худшие опасения подтверждались.

В журнале посещений кое-где отсутствовали номера телефонов посетителей. И снова робкое возражение Марии Михайловны, что это могли быть простолюдины, у которых зачастую вообще нет мобильных телефонов, было проигнорировано.

Дальше — устаревшие рекламные буклеты, отсутствие указателей в паре мест, которые вообще не были никак связаны с пациентами, нарушение температурного режима буквально на один градус в нескольких кабинетах, также не связанных с пациентами…

Голова у Марии Михайловны шла кругом, ноги гудели, она уже даже перестала пытаться спорить. Два часа проверяющие бродили по клинике, без какого-то плана, просто шли куда вздумается. И находили новые и новые недочёты.

Когда они, наконец, пришли в палату главного врача, у Сарыгиной уже совсем не осталось сил.

— Двадцать три недочёта, — объявил всё тот же проверяющий, с носом крючком. — Были выявлены в ходе быстрой проверки. Это моя команда не изучала отделения тщательно! Безобразие!

— Безобразие, — вторил ему другой проверяющий. — Вы должны понимать, что лучшая клиника в городе не может допустить такого.

— Но у нас есть предложение, как закрыть глаза на эти нарушения, — третий проверяющий произнёс это обманчиво мягким голосом.

Мария Михайловна тяжело вздохнула. Боткин был прав, они хотят, чтобы главный врач оформил допуск студентов до олимпиады. И тогда престиж и статус клиники сохранится.

Перед Николаем Андреевичем сложный выбор. Интересно, что же в итоге он выберет?

* * *

После разговора с главным врачом и заместителем, я отправился дальше работать. В этом плане сделал всё, что мог, больше повлиять на что-то было не в моих силах.

Пару часов снова потратил на продление больничных листов. Теперь это занимало больше времени, Кати Ениной не хватало.

Марии Михайловны на месте тоже не было. Подозревал, что проверка уже приехала. Им невыгодно тратить время, насколько я понял, соревнования уже на этой неделе. Артём Афанасьевич и так потерял несколько дней, пока организовывал всё это.

После работы с больничными навестил Катю Енину. Девушка уже пришла в себя после наркоза и выглядела довольно бодрой.

К её вене была подключена капельница с инфузионным раствором. Важное дело. Ведь при удалении эмбола через подключичный катетер происходит также удаление нескольких сотен миллилитров крови, и их надо восполнить.

— Вы были на операции, верно? — первым делом спросила она. — Мне сказали, что были. И что возникли какие-то осложнения, но вы меня спасли.