Книга Гений Медицины. Том 4, страница 38 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

И ухудшения состояния у пациентов из моей палаты были связаны как раз с этим. На самом деле сильно восприимчивых людей не очень много, но так совпало, что в моей палате их сразу двое.

И ещё совпало, что Чехов решил потренировать свою магию именно в этот день.

— Это правда не я? — переспросил Антон Николаевич. — Не моя магия?

— Абсолютно точно не она, — заверил его. — Однако это не отменяет того момента, что надо меня слушаться. Я же говорил, магией без меня не пользуйся.

— Прости, — потупил взгляд Чехов. — Просто очень уж интересно, как она работает! Больше не буду, обещаю.

Что ж, поверю ему на слово. В этот раз. Навредить ей он действительно никому не может. Максимум — переборщит с собственными силами, и вызовет перегрузку магического центра. Это пережить можно.

Чехов направился к себе в палату, а я вернулся в ординаторскую. Где метался встревоженный Зубов, которого пытался успокоить Терентьев.

— Слушай, ну в чём вообще проблема, ну завтра приедет комиссия, а не в пятницу. Не первый год же, — удивлённо заявил гинеколог.

— Старый многоразовый шприц, клизма недальновидная, ничего ты не понимаешь, — шикнул на него Михаил Анатольевич. — У меня был чёткий план, как до пятницы всё успеть. А теперь я не успеваю! А комиссии будут показывать диагностику на базе нашего отделения!

Так, значит, комиссия для первого этапа прибудет уже завтра. Снова у меня подозрение, что тут без участия Кобылина не обошлось. По какой-то причине ему очень важно добиться проигрыша нашей клиники, поэтому он всеми силами вставляет палки в колёса.

— Михаил Анатольевич, успокойтесь, — мягко сказал я наставнику. — Оборудование уже калибруется. Отделение у нас шикарное. Руководитель отличный. Всё пройдёт хорошо.

— Вот, и птенцы у тебя есть в помощниках, — поддержал Терентьев. — Правда, Мишутка, не нервничай.

— Ладно, может вы и правы, — чуть успокоился Зубов. — Но надо подготовить показательного пациента! Желательно, кого-нибудь новенького. И всю документацию по нему. Диагноз надо поставить сразу при комиссии. Но лучше знать его заранее.

— Возьмём пациента, который поступит сегодня ночью или завтра утром. Я его осмотрю, поставлю диагноз. А анализы это подтвердят, — предложил я. — Так мы покажем комиссии, что у нас в клинике не только оборудование работает идеально, но и заведующий отлично учит интернов.

Наставник ещё чуть выдохнул, и устало приземлился на диван рядом с Терентьевым.

— Звучит хорошо, — признал он. — Это покажет работу отделения. Но вы точно справитесь с постановкой диагноза?

— Справлюсь, — заверил я.

Уж в этом я не сомневался. Зубов успокоился, и умчался готовить другие моменты для завтрашней комиссии.

* * *

Семён Михайлович был жутко недоволен тем, что Боткин сорвал один из его планов. Было бы так идеально, если бы оборудование просто выдало неправильные результаты анализов при комиссии! Высшего балла за это задание тогда было бы не видать.

Но нет, этот Боткин всё испортил. Под чутким контролем Анны Григорьевны, ни о какой диверсии речи больше не шло, и Артём с Матвеем просто послушно откалибровали всё оборудование.

Кобылин решительно вызвал себе в кабинет Валеру. Настало его время.

— Вызывали? — слегка недовольно зашёл в кабинет тот.

— Да, — кивнул заместитель. — Ты знаешь, что ваш заведующий отделением передал на тебя жалобу за вчерашнее отсутствие без причин, и хамское поведение?