Книга Гений Медицины. Том 4, страница 97 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

Впрочем… Слухи уже могли успеть распространиться. Суть метода не знает никто, но сам факт излечения от ВИЧ-инфекции возможно уже узнали многие. От той же Фетисовой, например.

— И что же означает «выкупить идею»? — приподнял я бровь.

Я уже понял, чего он хочет, но решил услышать это от него напрямую.

— Вы пишете научную статью, где подробно расписываете суть метода, но не публикуете её, а отдаёте нам, — ответил Раскольников. — И отказываетесь от прав на этот метод. За это мы вам обещаем очень неплохую сумму.

А не связан ли этот Раскольников с центром, где лечилась Фетисова? Есть у меня такие подозрения.

Я планировал и с ними потом разобраться, когда чуть разгребу другие дела. А тут один из их сотрудников сам вышел на меня.

Решили подзаработать на моей идее. Очень удобно в итоге драть с людей огромные суммы денег за моё лечение. Но я не для этого придумывал свой метод.

Моя цель — чтобы лечение стало доступно другим. А не чтобы какая-то частная организация продавала мой метод.

— Нет, — произнёс я. — Я отказываюсь от вашего предложения.

— Но погодите, я ведь даже не сказал самое главное, — Эдуард Георгиевич поспешил назвать сумму. Она была равна примерно годовому заработку нашего главврача в клинике.

— Кость, — дёрнул меня за руку Чехов. Я не обратил на это никакого внимания.

— Я же уже сказал, нет, — повторил я. — Так и передайте своему начальству. Я собираюсь опубликовать статью, как и планировал. А теперь нам пора идти, всего доброго.

Оставив растерянного Раскольникова позади, мы с Чеховым отправились в здание.

— Кость, — повторил Антон. — Такие деньги… Ты хорошо подумал?

— Мы с тобой собираемся заняться всем этим не ради денег, — холодно ответил я. — Если у тебя другой взгляд на это — то скажи сразу. И я отменю наше сотрудничество.

Большие деньги могут соблазнить кого угодно. Но я бы хотел, чтобы Чехов в итоге сделал правильный выбор.

— Нет, я с тобой согласен, — поспешил сказать он. — Не знаю, что на меня нашло. Ты прав, важнее, чтобы метод был доступным.

Мы добрались до кабинета Брусилова и вошли внутрь. Он уже ждал нас.

— Поздравляю, господа! — с порога воскликнул он. — Ваш проект одобрен учёным советом. Вы принимаетесь на работу по найму, и вам будет выделяться финансирование!

Сумма, которую назвал он, разумеется, была гораздо меньше предлагаемой Раскольниковым. Но для меня это было неважно.

— Первая статья про лечение ВИЧ-инфекции должна выйти в течение двух недель, — добавил он. — Сроки — это часть вашей работы.

— Благодарю, — улыбнулся я. — Рад, что проект одобрили.

Мы пустились в обсуждение деталей. Договорились, что Чехов будет появляться почти каждый день, я же заезжать по вечерам по необходимости. Все материалы буду передавать Чехову, а он уже систематизировать, обрабатывать и писать статьи.

Для работы ему даже выделили небольшой кабинет, чему он очень обрадовался. Ранее он работал из дома.

— Я должен вам сказать… — после обсуждения всех деталей начал было Брусилов. Но его прервал резко зашедший в кабинет мужчина с узкой треугольной бородкой, и маленькими злыми глазами за толстыми очками.

— Андрей Михайлович, мне только что доложили, что совет постановил уменьшить моё финансирование⁈ — неприятным голосом взвизгнул он.

«Фу. Даже я не так пищу» — решил прокомментировать это Клочок.