Книга Гений медицины. Том 6, страница 12 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

— Помню, — кивнул я. — Есть что отпраздновать. Думаю, центр уже не выкрутится.

Я рассказывал Насте в двух словах, что участвовал в закрытии этого научного центра, но про Фетисову и других пострадавших, разумеется, не упоминал. Это личная информация.

— Только вот сколько людей ещё, у которых течение болезни только усугубилось, — покачал головой Никита. — Наверняка, в полиции их всех допросят, хоть и огласке придавать не будут. Но вот бы была возможность им помочь…

— Я про это уже думал, — перебил я его. — На днях обсужу такую возможность с майором Громовым. Проведу лечение для всех пострадавших, бесплатное.

Этот проект я продумал уже давно. Не давало покоя, сколько людей пострадали от рук центра. Поэтому я считал своим долгом заняться их лечением. Пусть на это потребуется ни один день, и много сил. Но это того стоило.

— Потрясающий ты человек, Константин, — улыбнулся Никита. — Рад, что у меня есть такой друг, как ты.

Приятно слышать такие слова. На этой хорошей ноте мы разошлись по рабочим местам.

* * *

Кравцов с самого утра был не в духе. Он как раз шёл относить документы по заказу препаратов главврачу, когда случайно подслушал один очень интересный разговор.

Ну он же не виноват, что секретарша куда-то отошла, а дверь в кабинет была закрыта не полностью! Любой бы подслушал на его месте.

Николай Андреевич разговаривал с заместителями, Марией Михайловной и Олегом Дмитриевичем.

— Так что я думаю организовать новую международную конференцию, чтобы Боткин смог рассказать про основы лекарской магии и нашим зарубежным коллегам, — заявил главврач. — Что вы думаете?

— Идея отличная, — первым отреагировал Олег Дмитриевич. — Уже поступают запросы по поводу этих лекций. Насколько я помню, даже из другой клиники запросили Боткина прочитать лекцию.

— Да, мой старый друг, — отозвался главврач. — Боткин должен связаться с ним на этой неделе. Мария Михайловна, а вы что скажете?

— Я тоже за, — ответила женщина. — Тем самым мы ещё и поднимаем престиж нашей клиники. То, что к нам попал работать такой потрясающий врач — это большая удача.

— Тогда решено, — подытожил Николай Андреевич. — Разумеется, спросим ещё мнение самого Боткина. Но думаю, он будет не против. И начнём подготовку к конференции.

От злости Владислав Сергеевич едва не порвал бумаги, которые держал в руках. К чёрту, потом принесёт их на подпись!

Сейчас стояла проблема куда серьёзнее. Надо срочно было что-то делать с Боткиным, пока ситуация не зашла слишком далеко. А то гляди, совсем препараты заказывать перестанут.

Надо саботировать конференцию. Или придумать нечто такое, что Боткина самого на неё не пустят.

Только вот что?

* * *

Рабочий день шёл своим чередом. Я отправил Арсения самостоятельно осмотреть и опросить одного из своих пациентов, а сам сидел и заполнял истории болезни в ординаторской.

Диагноз и лечение этому пациенту я уже назначил, просто хотел ещё раз проверить своего ученика.

— Константин Алексеевич, — вернулся он в ординаторскую — У меня проблемы… С этим пациентом.

Странно. Там всего лишь обострение хронического панкреатита, стандартный диагноз для аристократа после приёма.

— В чём дело? — удивился я.

— Там очень странный симптом… — Арсений запнулся. — Думаю, вам надо это увидеть. Этот пациент светится.