Книга Гений медицины. Том 6, страница 94 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

— Это не проблема, — он абсолютно не смутился. — Главное, что я одобрил вас. И я уверен, ваш отец тоже будет не против…

— Повторяю, эти вопросы я решаю сам, — отрезал я. — Александр Алексеевич, вашей дочери уже тридцать пять лет, и вы не можете решать за неё такие важные вопросы. И уж тем более не можете решать их за меня. Так что в ваших же интересах извиниться за этот монолог, и мы дружно сделаем вид, что ничего этого не было.

Сейчас всё зависело от него. Я дал ему выбор — испортить ужин и отношения с дочерью или свести конфликт на нет. От его ответа будет зависеть всё.

Надо сказать, остальные гости пребывали в шоке от всей этой ситуации. Мать Маргариты сидела, опустив глаза в стол. Явно привыкла к поведению мужа.

А вот родители Никиты которым он явно успел рассказать о своих планах, были в шоке. На саму Маргариту и посмотреть было страшно.

Александр Алексеевич, не привыкший к тому, что ему могут перечить, сам замер в нерешительности. Его принципы были для него очень важны, но и полностью рушить отношения в семье он не хотел.

Я посмотрел на Никиту, и едва заметно ему кивнул.

— Есть ещё в-четвёртых, — голос Никиты был гораздо громче обычного из-за волнения. Но отступать он был не намерен. — Маргарита Фетисова не может заключить помолвку с Константином, потому что сегодня я заключаю помолвку с ней. Я хочу взять её в жёны, любить, и никогда не отпускать!

Его руки дрожали, но он опустился на одно колено, и достал обручальное кольцо.

На лице у Александра Алексеевича прочиталась фраза «вот это поворот!»

— Я согласна, — голос Маргариты тоже дрогнул. — Даже если отец будет против. Мне уже тридцать пять, и я… В общем, да.

Теперь все остальные взгляды обратились на отца Фетисовой.

— Кхм, — кашлянул он. — Вот как чувствовал, что сегодня состоится помолвка. Просто чуть ошибся с женихом… Никита, давайте выйдем, буквально на несколько слов?

Тот кивнул, и поспешил за Александром Алексеевичем. Маргарита снова побледнела.

Как же она боится отца. Едва ли не больше, чем Лена Тарасова. Вообще это распространённая практика, отцы в аристократичных семьях до сих пор решают судьбу дочерей. Но всё-таки не девятнадцатый век на дворе!

— Даже не знаю, говорить ли в-пятых, что я вообще-то тут, — тихо прошептала мне Настя.

— Я это во-вторых уже сказал, — улыбнулся я. — Так что давай без повторений. В этот разговор лучше не влезай.

Настя тут же кивнула.

Александр Алексеевич разговаривал с Никитой примерно минут десять. Маргарита себе места не находила, но к ним не шла.

— Помолвка состоялась, — громко объявил отец Маргариты, наконец, появляясь в столовой. — Дочь, поздравляю тебя. А у остальных прошу прощения, я… сказал глупость.

Неожиданно. Не знаю, что такого сказал Никита, раз столь упертый человек вдруг изменил своё мнение. Но главное, что это сработало.

Мать Маргариты уставилась на её отца с таким изумлением, словно он в утку на её глазах превратился. Нечасто он, видимо, просит прощения.

Что ж, главное, помолвка прошла и конфликт был улажен. Я решил больше не трогать эту тему, ради молодых жениха и невесты.

К концу вечера лёд за столом немного подтаял, хоть и не до конца. Пообсуждали мелочи касаемо свадьбы, особо не вдаваясь в подробности. Я решил оставить семьи наедине, и мы с Настей покинули дом Фетисовых.