Книга Мечников. Из доктора в маги, страница 143 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

— Что ж, спасибо, что поставили в известность, — поблагодарил лекаря я. — Буду внимательно следить за симптомами.

— Ну что, Алексей? — в комнату вошёл Олег. — Катю и ребёнка я проведал. Не могу даже эмоции свои описать — так счастлив. Так благодарен тебе за помощь, племянник! Пойдём с домом разбираться?

— А вы не спешите, Олег Сергеевич, — попросил Василий Ионович. — Я ещё не залечил ваши рёбра.

Дядя с укором зыркнул на меня.

— Всё-то уже рассказал! — пробурчал он. — Не переживайте, мы с Алексеем — лекари. Сами справимся. Нечего вам в преклонном возрасте расходовать драгоценные жизненные силы.

— А вы, голубчик, не сопротивляйтесь, — улыбнулся Василий Ионович. — Сил мне хватит, даже если ещё пятерых, таких же как вы, занесут.

Любопытное замечание. Похоже, витков у этого старика больше, чем у большинства местных лекарей. Хотя, если учесть, сколько ему лет и как долго он уже тренирует свои каналы… Нарастить витков он успел

А я ещё не успел разобраться, откуда взялся мой свежий виток. Не мог ведь я его самостоятельно взрастить. Уж больно мало поработал, чтобы увеличить свой запас.

Василий Ионович взялся за лечение дяди. И в этот момент до меня дошла одна крайне важная вещь.

— Стойте! — воскликнул я и вскочил со стула. — Дядь, тебя-то упырь покусать успел?

— Конечно, в ногу мою дубовую, — пожал плечами он. — Больше никуда. Погоди… Алексей!

Похоже, до дяди только сейчас дошло, какому риску я себя подверг.

— Тихо-тихо, спокойно, Олег Сергеевич! — пожилой лекарь навалился всем телом на дядю и усадил его на место. — С вашим племянником мы уже всё обсудили. А вы покажите мне свою ногу.

Дядя стянул штаны, и Василий Ионович принялся осматривать ногу. Фамилия старика была, кстати, Решетов. Я только сейчас узнал его полное имя, прочитав записи в ведённой им документации.

— Хо-хо! — усмехнулся он. — Да такую кожу и пилой не распилить! Если вашу ногу, Олег Сергеевич, на железной дороге положить — поезд с рельсов сойдёт! А вы переломом отделаетесь. Но практиковать такое не стоит.

— Знаю, — буркнул Олег. — Ещё бы избавиться от этой дряни как-нибудь.

— Тут современное лекарское дело бессильно, — ответил Решетов. — Один выход — смириться.

Прежде чем мы с дядей покинули госпиталь, Василий Ионович крикнул мне вслед:

— Алексей Александрович! Вы уж, пожалуйста, прислушайтесь к моим словам. Будьте бдительны, хорошо?

— Обещаю, — кивнул я. — Не беспокойтесь. Если симптомы проявятся — сразу же приду к вам.

По пути к дому дядя устало потёр рёбра.

— Решетов знает толк, — поморщился он. — Болезненно заращивает. Всё тело потом ноет! Но результат всё-таки хороший. А ты меня прости, Лёш. Забылся я совсем. Но будем надеяться, что вовремя ты рану прижёг. Если вдруг станешь обращаться… Я ж себе этого никогда не прощу! Что я твоему отцу скажу-то?

— Не думаю, что отцу есть до меня дело, — усмехнулся я. — Но я — везучий. Вот увидишь, пройдёт неделя и на меня яд упыря никак не повлияет.

Уж если я, умерев, попал в другой мир, с чего бы мне теперь упырём становиться? Хотя за состоянием своим всё же стоит проследить.

— Ладно, будем надеяться, что всё обойдётся, — заключил дядя. — Кстати, как в целом рана твоя? Я вот после лечения Решетова чувствую себя так, будто заново родился! Одна нога только беспокоит.