Книга Мечников. Том 5. Избранник бога, страница 14 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

— Вам станет лучше уже через пару часов, — уверил его я. — Однако строго рекомендую в ближайшие несколько дней питаться скромнее. А ещё лучше один-два дня и вовсе поголодать. Потом употреблять только каши, нежирные супы, овощи и фрукты. На мясо не налегать. А уж на алкоголь тем более.

— А если снова начнёт болеть? — спросил он.

— Не должно. Я сделал всё, чтобы приступы больше не возобновлялись. По крайней мере до тех пор, пока вы вновь не перегрузите свою поджелудочную. Однако если лёгкий дискомфорт под рёбрами будет сохраняться ещё некоторое время, положите на живот что-нибудь холодное. И постарайтесь в ближайшие три дня ничем себя не напрягать. Больше лежать, больше отдыхать. Никакой тяжёлой работы, это понятно?

— Да, конечно, Алексей Александрович, спасибо вам большое! — обрадовался мужчина.

Классическая триада советов при панкреатите. Голод, холод и покой. Голод вообще порой выступает в роли очень хорошего «лекаря». Разумеется, правильное питание — это один из лучших способов укрепить организм. Однако иногда полезно и поголодать пару дней. Тогда пищеварительная система сможет перезагрузиться. Отдохнуть от постоянного поступления пищи и восстановить свою работоспособность.

В период короткого голода в поджелудочной железе и печени происходит активное восстановление клеток. Единственное важное условие — голод не должен длиться больше двух, максимум трёх дней, и всё это время человек обязан употреблять большие объёмы воды. Литра два-три — не меньше. В противном случае скопившиеся в кишечнике токсины начнут пагубно действовать на головной мозг и организм в целом.

А их нужно банально вымывать.

Пациент с панкреатитом ушёл, после него прошли ещё несколько. И как только приём подошёл к концу, я выделил несколько минут, чтобы подумать о той идее, которая посетила меня в разговоре с Сеченовым.

Есть ряд изобретений, которых не хватает этому миру для диагностики различных заболеваний. Аппарат ЭКГ входит в их число, но есть и ещё кое-что. То, что позволит сначала диагностировать болезнь, которую решил лечить Павлов.

— Ну что, Иван? — войдя в кабинет Сеченова, спросил я. — Пора обсудить то, что мы…

Я осёкся. В кабинете Сеченова стоял Илья Синицын. Он стоял перед Иваном и гордо размахивал каким-то листом бумаги.

— Илья? А ты что тут делаешь? — удивился я. — Ты ведь должен быть в Саратове!

— Я уже вернулся, — улыбнулся Синицын. — Дело сделано, Алексей. Два патента — в наших руках. И пенициллин, и сульфаниламид приняты. Остаётся только запустить массовое производство. Через пару дней выйдет статья, и вся империя узнает о том, чего мы достигли.

Я заметил, как поник Сеченов. И до меня дошло, что здесь делает Синицын. Только сейчас я заметил гербовую печать ордена лекарей на том листе бумаги, которым он размахивал перед Иваном.

Решил показать ему, что мы победили. Понасмехаться захотел.

Я с трудом сдержал поток эмоций, которые обрушились на меня в этот момент, однако решил не затевать ссору прямо в кабинете Сеченова.

— Илья Андреевич, — сухо сказал я, — выйдем на пару минут? Поговорить нужно.

— Да, без проблем, — улыбнулся он, не заподозрив, о чём конкретно я решил с ним побеседовать.

Я вывел его на улицу. Мне хотелось немного остудить голову, чтобы не наделать глупостей. А то появилось желание хорошенько вжарить по Синицыну обратным витком. Или хотя бы кулаком. То, что он пытался сделать, попросту непозволительно.