Книга Мечников. Том 11. Свет разума, страница 76 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

Молодец. Хорошо сказал. Понимаю, что для него это тяжело, но иного выхода нет. Я не заставлял Артура осуществлять этот план. Я лишь предложил ему этот вариант, и он сам согласился, что так будет лучше для всех.

Может быть, если бы Виктория оказалась здесь пару месяцев назад, она бы рассмеялась Артуру в лицо и приняла свою смерть. Но её воля была сломлена уже давно. Ещё в лагере сектантов.

Осознав, что Артур не шутит, она разрыдалась. Уж не знаю, была ли эта обычная истерика или слёзы раскаяния, но вскоре после этого она приняла свою судьбу и дала магическую клятву молодому графу Мансурову.

Только после этого мы сняли с неё орихальконовый наручник. Теперь она уже не сможет колдовать. Виктория в принципе теперь не сможет ничего сделать. Я хорошо продумал слова клятвы, и Артур убедил Викторию повторить каждую фразу. Спасибо покойному Янусу! Уж чему я научился, враждуя с этим богом, так это внимательно относиться к магическим клятвам.

Я взглянул на часы. Мне нужно быть в госпитале уже через час. Времени остаётся мало. А Виктория до сих пор не рассказала самое главное.

— А теперь, если Артур Аркадьевич не против, мы немного поговорим, — произнёс я.

— Говорите, — кивнул Артур. — Мне можно присутствовать?

— Это ваш дом. Вам и решать, — ответил я.

— Тогда я останусь, — заключил он и присел вместе с нами напротив Виктории.

— А теперь расскажите, Виктория Сергеевна, — попросил я. — Где вас держали? Сколько у них людей? Нам нужно знать все подробности.

— Смотрите рассудка не лишитесь, Мечников, — уже без яркого гонора произнесла она. — Вы и представить себе не можете, какую опасность на самом деле представляют эти люди. Они за вами давно наблюдают. И вы ведь, наверное, даже не догадываетесь, Алексей Александрович, почему они вас до сих пор не поймали?

— Сектанты уже предпринимали попытку убить меня. И не один раз, — произнёс я. — Причём в последний раз бросили на меня все силы. Так что я не совсем понимаю, что вы имеете в виду, Виктория. Они меня и не пытались поймать. Почти каждая наша встреча заканчивалась их попыткой прикончить меня.

— Это вы про тот случай с тем восставшим из мёртвых магом крови Ожеговым? — уточнил Кастрицын. — Зараза… Как же мне хочется пересечься с этим подонком и отомстить ему за то, что он заставил меня поднять руку на нашего государя!

— Ожегов? — переспросила Мансурова. — Я видела его. И слышала, как он переговаривается с верховным некромантом. Вы всё неправильно поняли, Мечников. Если вас и пытались убить, то только те сектанты, которые не понимали, кто перед ними стоит. Ожегову тоже влетело за ту выходку. Даже несмотря на то, что он ходячий труп, некромант каким-то образом заставил его почувствовать боль.

А ведь точно… Мы тогда со Святославом Березиным чудом отбились от сектантов и уже приготовились к схватке с самим Ожеговым, но маг крови почему-то отступил. Я заметил, как он переговаривался с кем-то. Видимо, у него с верховным некромантом есть особая связь. И предводитель церкви некротики приказал Ожегову меня не трогать.

— Вы правы, Виктория, — кивнул я. — Сектанты на меня нападали только в том случае, если я стоял у них на пути. И однажды им пришлось отступить, чтобы не затевать со мной битву, в которой я рисковал погибнуть. Хотите сказать, что вам известно, почему они так поступили?