Книга Лекарь Его Величества. Том 5, страница 74 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

— Да всё просто, — махнул рукой Андрей. — Охранники приводят заключённого, который болеет. Или приносят, тут как пойдёт.

Он громко рассмеялся собственной шутке, и мне пришлось подождать пару минут, пока он успокоится.

За это время я на всякий случай проверил его психологической магией, а то мало ли… Но признаков психических заболеваний не обнаружил, его и правда так рассмешила собственная шутка.

Наверное, так меняется склад ума, чтобы проще было работать в подобном заведении. Других объяснений у меня нет.

— Так вот, больше половины обычно халявщики, — отсмеявшись, продолжил Кустов. — Которые хотят просто в больнице полежать, ну, то есть в её подобии. Она у нас прямо здесь же, соседняя комната. Там четыре койки всего, поэтому туда строгий отбор идёт.

Он снова рассмеялся и даже принялся бить ладонью об стол.

— Давайте ближе к сути, — не выдержал я.

— Ну, задача лекаря таких халявщиков вылавливать и прогонять, — ответил Андрей. — Кто и правда болеет — тех лечить. Но сразу говорю, препараты алхимические у нас строго ограничены, выдаём только самое необходимое и в самом крайнем случае.

Он указал рукой на шкафчик, где хранились алхимические препараты. Именно шкафчик, по габаритам на шкаф он не тянул. И это — на всю тюрьму? Суровые здесь правила.

Я придерживался мнения, что тюрьма необходима для переосмысления своих поступков. А не для убийства людей, пусть и не прямым, но-таки изощрённым способом. А все эти истории даже заставили меня задуматься о благотворительном проекте по снабжению препаратами тюрьмы.

Хотя, скорее только эту тюрьму. Уверен, в аристократской версии всё гораздо лучше.

— Повязки и бинты часто пригождаются, хирурга чтобы залечивать раны у нас в тюрьме нет, — продолжил рассказ Кустов. — Если что-то прям серьёзное — вызываем скорую помощь и отвозим заключённого в больницу на операцию. Под конвоем, конечно же. Одним днём оперируют, возвращают, и уже заслуженно он на пару дней занимает койку в стационаре.

— Патологоанатом есть? — спросил я.

— А зачем он? — удивился Кустов. — Никому не интересно, от чего помер тот или иной заключённый. Вы бы ещё про психолога спросили!

Теперь я куда лучше понимаю удивление директора по поводу моей стажировки. Я много читал про эту тюрьму, но все источники и близко не отражали реальный расклад вещей!

— Психолог должен быть, — проговорил я. — Насколько я читал, психолог должен проводить плановые беседы со всеми заключёнными, чтобы те точно осознавали свои ошибки.

— А у меня второй лекарь должен быть, чтобы мы работали по сменам, — махнул рукой Кустов. — Только я один тут пашу как конь. Так что нет, никакого психолога у нас нет.

Теперь понятнее, почему случаются такие происшествия с убийствами других заключённых. Если бы работал штатный психолог — этого можно было избежать.

— Давайте, ещё о чём-нибудь спросите, — зевнув, проговорил Кустов. — Интересно поговорить хоть с кем-то, кроме постоянных зеков.

— Вы ничего не рассказали про отчётность, — ответил я. — Какие мы ведём записи, где хранятся лекарские карты…

Лекарская карта — это документ любого пациента, в который записывают всю информацию о перенесённых заболеваниях. Также в них упоминаются перенесённые операции, наличие аллергий на алхимические препараты и другие важные вещи.