Книга На эту и на ту набью тебе тату. Том 1, страница 10 – Игорь Алмазов

— Обязательно, как будет время, — сказал я.

Он скрылся за дверью. Я постоял секунду, потом открыл свою мастерскую и зашёл к себе.

При дворе таких людей называли «добрыми завистниками». Они улыбались, протягивали руку помощи, всегда были доброжелательными. Но в каждой фразе имелся маленький укол, почти незаметный. Как и здесь. «У меня двое с утра», а у тебя никого. «Давно не разговаривали», то есть ты пропадал. «Если лишние будут», подачка с барского плеча. Самая неудобная порода при дворе, потому что формально не к чему придраться. Ты сам будешь выглядеть параноиком, если начнёшь возражать.

Я закрыл дверь за собой. Разберёмся.

* * *

В мастерской было прохладно и тихо. Я включил свет и сел за стол. В телефоне нашлось расписание, с записями клиентов. И их было очень и очень мало.

На сегодня была всего одна запись. Сергей Волков, два часа дня. В поле «запрос» было написано просто «орёл на плече».

Что ж, орёл так орёл. Я взял лист бумаги и карандаш.

Про орлов я кое-что знал. Это не просто образ, это нечто большее. Всегда являлся символом власти и свободы. В разных традициях по-разному конечно, но птица и правда величественная. Рисовать его просто как птицу означало упустить половину смысла. Рисовать его как символ означало потерять живость.

Значит, нужна комбинация птицы и символа.

Я работал над эскизами час. Сделал три варианта. Первый был геральдический и строгий. Второй реалистичный, в полёте с распахнутыми крыльями. А третий вышел сам собой. На третьем образе орёл смотрел вниз, крылья были полуоткрыты, поза не агрессивная, а сосредоточенная. Как будто он видит что-то важное и принимает решение. Третий мне понравился больше всех.

Так, теперь собственно тату-машинка. Я снова позволил рукам действовать автоматически по памяти. Они помнили, как готовить рабочее место, где брать одноразовые материалы.

Я взял машинку, и достал лист искусственной кожи. Пока есть время до клиента — надо тренироваться. Пальцы помнили, как держать машинку. Но уровень владения у Артёма был ужасно низкий. Это я по вчерашней работе с иероглифами понял.

Принцип был понятен, давление, угол, скорость. Но сопротивление материала ощущалось совсем иначе. Игла делала множество быстрых проколов, и заполняла их краской. Чем быстрее движение — тем слабее линия. Но слишком медленно тоже нельзя — можно заглубиться.

Используя свои знания из прошлой жизни, комбинируя их со знаниями Артёма, я тренировался снова и снова. Мастерство надо оттачивать, иначе я даже «удовлетворительно» работу не сделаю.

* * *

Сергей пришёл ровно в два часа. Ценю в людях пунктуальность.

Мужчина лет сорока, крепкий и широкоплечий. Вошёл без лишних слов, поздоровался, снял куртку и сел на стул для посетителей. Вообще не нервничая.

А сколько он пообещал мне за работу? Этого в расписании Артём не писал. Но я уже понял, что брал он довольно дёшево. Видимо здраво оценивал свои навыки.

Мне это тоже не подходит, я не знаю, насколько я тут задержусь, а деньги нужны. Как минимум заплатить за аренду мастерской. И еды купить.

Но буду вникать постепенно. Я разложил перед Сергеем три эскиза на столе.

— Я подготовил варианты, — оповестил я его. — Какой вам нравится?

Он кивнул, и принялся их рассматривать. Немногословный клиент, однако. Ткнул пальцем в третий рисунок, на который я и думал изначально.