Книга Архитектор Душ IV, страница 67 – Сергей Карелин, Александр Вольт

Мы ждали. Время сгустилось, стало вязким. Я почти не дышал, вслушиваясь в ночной воздух и потянувшись рукой за револьвером. И вот они послышались отчетливее.

Шаги.

Это была не шаркающая походка патрульных и не тяжелый топот спецназа. Шаги были размеренными, легкими, но в то же время абсолютно уверенными. Синхронный, выверенный ритм, выдающий долгие часы совместных тренировок. Это шагали люди, знавшие, куда и зачем они идут.

Не менее трех человек. А может, и больше.

Я крепче сжал рукоять револьвера, ощущая, как по спине медленно ползет капля холодного пота. Они шли прямо к нам.

Секунду спустя сквозь ледяную корку напряжения пробилась догадка. Простая, логичная и оттого еще более тревожная. Это не культисты. Слишком выверенный шаг, слишком слаженный ритм. Это «Щит».

И эта мысль несла с собой не облегчение, а новый, едкий привкус страха. Свои. Но в этой темноте, в этом лабиринте, где каждый шорох — угроза, «свои» вполне могли сперва выстрелить, а потом уже разбираться, в кого попали. Особенно если учесть, что рядом со мной стоит существо, чьи остроконечные уши в лунном свете слишком легко спутать с чем-то нечеловеческим и враждебным.

Нужно было дать знак. Быстро.

Пальцы, плохо слушавшиеся от холода и напряжения, заметались по экрану смартфона. Я нашел нужный контакт, набрал короткую, рубленую фразу.

«Я у пакгауза в трех метрах от вас. Не стреляйте».

Отправил. И почти сразу же, из той стороны, откуда приближались шаги, донесся едва слышный жужжащий звук. Вибрация телефона. Они получили.

Прошла еще минута, показавшаяся вечностью. И вдруг в неподвижном воздухе промзоны, где единственной музыкой были скрип ржавого железа и вой ветра, раздался звук. Короткий, мягкий, почти бархатный. Уханье совы.

Я медленно повернул голову к Нандору, одними губами, беззвучно, вылепив три слова:

«Что за херня?»

Эльф лишь пожал плечами, его лицо оставалось непроницаемым. Затем, к моему полному изумлению, он едва заметно кивнул, словно это было в порядке вещей, приложил ладони ко рту и издал в ответ точно такой же идеально скопированный звук.

«Что ты творишь, еб твою⁈» — снова прошептал я, чувствуя, как абсурдность ситуации начинает граничить с безумием.

Нандор снова пожал плечами, будто объяснял мне прописную истину.

Какие, к черту, совы? В этой пустыне из бетона и ржавчины? Где вы тут видели хотя бы одну живую птицу, кроме облезлых ворон? Шпийоны хреновы. Я бы с вами в разведку ни в жизнь не пошел. Детский сад, а не спецотряд.

Шаги приблизились, остановились где-то совсем рядом, в непроглядной темени за углом.

— Добрый вечер, господа, — голос раздался из темноты впереди. Не громкий, но плотный, он словно заполнил собой пространство, резонируя от стен в пустом окружении. — Кажется, мы друг друга не видим, но очень хорошо осознаем присутствие.

Я узнал этот спокойный, чуть глуховатый баритон. Узнал мгновенно. Я слышал его по телефону уже множество раз, но ни разу не сталкивался в реальной жизни. Это говорил человек, подписанный в моем телефоне одним простым, исчерпывающим словом.

Главный.

Я выпрямился, ощущая, как затекшие от неподвижности мышцы отзываются тупой болью. Сделал шаг из глубокой тени арочного проема, потом еще один. Мои ботинки тихо скрипнули на рассыпанной бетонной крошке. Я вышел в полосу скудного лунного света, что пробивался сквозь рваные облака, и остановился.