Книга Архитектор Душ ХІ, страница 2 – Сергей Карелин, Александр Вольт

— Ты слишком цинично рассуждаешь, когда на кону Димкина жизнь.

— Я рассуждаю так, как было бы практичнее и логичнее всего, — парировал я. — Спешка нужна при ловле блох и поносе. А здесь… здесь нужно думать методично. И тем более, что ты уже пьян, а значит, никакого адекватного права голоса сейчас не имеешь. Вот проспишься, — я обошел стол и положил руки ему на плечи, почувствовав, как он напряжен, — протрезвеешь, и тогда утром все обсудим на свежую голову. Сейчас нечего это все развозить. Ступай к себе спать.

Я перевел взгляд на дворецкого.

— Григорий Палыч, ты тоже.

Старик, до этого тихо сидевший на табурете, засуетился, пытаясь встать.

— Да я тут еще… ик… посудку приберу, Виктор Андреевич. Стол протру…

— Спать иди, никуда твоя посудка не денется, чай не волк, в лес не убежит, — отрезал я мягко, но безапелляционно. — Давай, ступай спать. Завтра тяжелый день.

Палыч виновато кивнул, медленно поднялся и, шаркая ногами, двинулся в сторону своих покоев на первом этаже. Я же крепко взял отца под руку, помогая ему встать. Он оказался неожиданно тяжелым.

Мы молча прошли через холл и поднялись по лестнице. Я проводил его до спальни, довел до кровати и помог сесть. Андрей Иванович что-то неразборчиво пробормотал про Дмитрия, глядя в одну точку на ковре. Я снял с него тапки, накинул на плечи плед и вышел, тихо прикрыв за собой дубовую дверь.

Оказавшись в коридоре, я прислонился спиной к стене и потер лицо руками. Только сейчас я осознал, насколько сильно вымотался. Ритуал в лесу, схватка с Тенью в астрале, полное энергетическое истощение, а теперь еще и пропавший брат, восставший из мертвых. Денек выдался феноменально долгим.

Отлепившись от стены, я спустился обратно на кухню.

Алиса и Лидия были на кухне, где я их оставил. Обе выглядели уставшими, но сон как рукой сняло. Они молча проводили меня взглядами, пока я подходил к раковине, мыл руки и ставил электрический чайник на плиту.

— Ты правда поедешь туда освобождать брата? — спросила Лидия. Ее голос был тихим, лишенным привычной светской отстраненности.

— Да, — сказал я, шмыгнув носом. Я достал с полки три кружки, бросил в каждую по чайному пакетику.

— Но… зачем? — непонимающе спросила Алиса. Она смотрела на меня широко открытыми глазами.

Зачем? Действительно, хороший вопрос. Дмитрий Громов был мне абсолютно чужим человеком. Меня, Алексея Воробьева, с ним не связывало ничего. Более того, судя по обрывкам памяти тела, оригинальный Виктор своего старшего брата откровенно недолюбливал, и это чувство было взаимным. Мы не виделись почти двенадцать лет, и никакой теплой братской связи между нами не существовало в природе.

Но я посмотрел на кружки, собираясь с мыслями.

— Потому что он мой брат, — сказал я спокойно, оборачиваясь к девушкам. — Если бы его просто избили в столичном клубе или прямо сейчас пинали пьяные гопники в подворотне, то я бы, возможно, и пальцем не пошевелил. Тут есть закон, полиция, правовая система, и вполне вероятно, что он бы вышел живым после такого, извлекши урок. А здесь… плен, да еще и у радикальных эльфов в зоне боевых действий. Это другой уровень.

Я дождался, пока чайник вскипит, залил кипяток в кружки и поставил их на стол. Сел напротив Лидии.

— Если они хотят идти на сделку, это значит, что их положение, как я уже и сказал отцу, незавидное. Им нужны деньги на выживание. А значит, у нас есть реальные шансы освободить Дмитрия, купив его. А еще… — я сделал паузу, обдумывая следующую мысль, — может быть, если все правильно спланировать и сделать, то получится накрыть ту самую партизанскую группу, которая годами мешает жить местным поселениям и нашим военным на западе. Убить двух зайцев одним выстрелом.