Книга Первый инженер императора I, страница 22 – Александр Вольт

И мне казалось, что вышло довольно неплохо, как для собранного на коленке за полчаса прототипа оружия.

Рукоятку я закрепил на нижней части трубок с помощью проволоки, придав конструкции более-менее завершенный вид.

Она должна быть удобной, отметил я, прилаживая деревянные составные части, — нужно надежно прикрепить ее к основанию, чтобы не развалилась в самый неподходящий момент. Главное, чтобы муляж был удобен в использовании и при этом нес устрашающий вид.

Пришло время провести испытание.

Я установил «пистолет» и, оттянув поршень, зафиксировал его. И вот, наконец, настал момент истины. Я отпустил фиксатор. С резким хлопком и облаком пепла поршень ударил о переднюю часть трубки, издавая громкий и резкий звук. Словно при мне кто-то как следует лопнул шарик с очень сильно сжатым воздухом внутри. Механизм сработал, как и задумывалось.

Хлопок примерно сто двенадцать децибел, напоминает звук выстрела травматики из моего времени.

Нужно провести испытания, чтобы убедиться, что все работает, как надо. Я осмотрел свое творение, после чего вновь принялся за работу. Оставалось отрегулировать как следует усилие, которое прикладывалось к пружине и количество пепла для достижения нужного эффекта.

Проведя еще несколько пробных «выстрелов» и внеся небольшие корректировки, я остался вполне доволен результатом.

В качестве завершающего штриха я добавил на рукоятку несколько полосок кожи, скрывая деревянную основу. Даже если эти Романовичи подойдут достаточно близко — им должно быть тяжело распознать что у меня. Тем оно и лучше.

Теперь все было готово. Я критично осмотрел прототип оружия и пришел к выводу, что механизм если и не выглядит как пистолет из моего времени, то достаточно замысловат для человека, который огнестрельного оружия в жизни не видел.

И я делал большую ставку на то, что это сработает, потому что даже коренные народы диких земель, никогда не видавшие мушкетов, боялись их громыхающих звуков похлеще грома.

Оставалось надеяться, что все получится. Что пружина не лопнет в самый ответственный момент. Что маг попадет шариком в мишень. Что эти дикари купятся на мою затею. Что у меня получится выбраться из этого дерьма и наконец-то заняться решением проблемы со своей головой и выгорающими нейронами.

Я сгреб нужное мне количество пепла и зарядил его прямо в ствол, как в старинный пистоль, прямо в дуло.

Я двинулся обратно в сторону ворот, где все еще царил шум и гам. Хорошо. Публика продолжала стоять с обеих сторон.

Мозг в усиленном режиме посылает мне аналитические данные, и я ничего не могу с этим поделать.

Пальцы сжимают рукоять: сила захвата тридцать. Частота пульса — сто десять ударов в минуту. Адреналин повышает точность на двенадцать процентов. Иногда мне кажется, что я уже давно не человек, а обычный компьютер по сбору и обработке входящей информации.

Но не об этом сейчас следует думать.

Пришло время показать им могущество инженерной мысли.

5

Оживленная толпа из стражников гарнизона, ополченцев, рядовых солдат и их командиров стояла у главных закрытых ворот, окружив фигуру в блестящих латных доспехах.

Начищенный до блеска металл буквально сиял в лучах солнца, и я даже не сразу понял кого перед собой вижу.

Царь собственной персоной, судя по всему, решил поддержать моральный дух своих солдат и, посему, нарядился в доспехи, после чего вышел во двор. На поясе у него болтался полуторный бастард — одноручный клинок, который пользовались большинство солдат даже в историческое время, которое я учил еще в школе. Голову же покрывал округлый шлем с забралом, скрывающее лицо и потенциально защищающее от стрелы, болта или вражеского удара оружием.