Книга Мастер Алгоритмов. ver. 0.4, страница 18 – Александр Вольт, Виктор Петровский

С другой стороны, почему бы не решить эту тривиальную проблему магически?

Вчера ночью я уже опробовал метод «Алгоритмического Разделения» для очистки собственной кожи и одежды. Полость рта — система более деликатная, но принцип должен работать точно так же.

Я сплел сканирующее заклинание, направив его вектор на собственные челюсти. Процесс требовал ювелирной точности. Нужно было считать и зафиксировать в качестве базовых переменных эмаль, дентин, ткани десен, слизистую оболочку, микрофлору, которую нельзя уничтожать, и саму слюну. Алгоритм должен был четко опознать, что является неотъемлемой частью моего организма, чтобы затем отторгнуть все лишнее — налет, остатки вчерашних крекеров и прочий мусор.

За этим увлекательным стоматологическим процессом меня и застал Милорадович.

Дверь тихо открылась. Я даже не дернулся — доступ на этот этаж имели единицы, а шаги князя я уже научился распознавать.

— Доброе утро, Дмитрий Сергеевич, — невозмутимо произнес он, проходя вглубь своего кабинета. Выглядел князь свежим и собранным, словно честно проспал положенные восемь часов в самой уютной в мире постели.

— Доброе, Владислав Петрович, — ответил я, прерывая плетение и открывая глаза.

— А чем это вы тут занимаете? — поинтересовался Милорадович, снимая пальто и аккуратно вешая его на стойку в углу.

— Учусь чистить зубы без щетки и пасты.

Князь обернулся, взглянул на меня и кивнул.

— Похвальное стремление к автономии. Учитывая ваши текущие обстоятельства, навык весьма полезный, — он прошел к своему рабочему креслу и сел. — Раз уж мы заговорили об обстоятельствах. Как предполагаете решать жилищный вопрос?

Я поднялся с дивана, размял затекшую шею и подошел ближе к его столу.

— Есть определенные мысли на этот счет, Владислав Петрович. Место мне совершенно точно нужно уединенное. Без соседей. Желательно совсем.

— Во избежание лишних жертв? — уточнил князь.

— Именно, — я оперся руками о спинку стула для посетителей. — Когда вокруг мирные жители, мои руки связаны угрозой сопутствующего урона. Я не могу спокойно стрелять, бить в полную силу, опасаясь зацепить прохожего или попасть в окно многоэтажки. Им же плевать, идут вразнос, поджигают дома, расстреливают кафе. Я нахожу такой расклад несколько нечестным.

— И напасть на такое изолированное жилье им будет в разы проще, — заметил Милорадович, сложив пальцы домиком. — Ни полиции, ни свидетелей — а о последнем, уверяю, даже они думают, просто меньше, чем мы привыкли.

— Верно. И это мне тоже на руку. Пусть нападают без страха. А я подготовлюсь как следует, воевать будем на моем поле. Тогда и посмотрим, кто кого.

Князь чуть прищурился.

— А что дальше, Дмитрий? Вы же не планируете перебить их всех до единого.

Я открыл было рот, чтобы ответить, и в ту же секунду едва не прикусил себе язык, на котором уже вертелись необдуманные слова: «А мне не нужны они все. Хватит одного свежего трупа, чтобы задать ему пару правильных вопросов, я ведь это самое, в некроманты стремлюсь!»

Черт побери, вот ведь неудобство. Так привык за последнее время выкладывать Милорадовичу все начистоту, не утаивать ни единой крупицы информации кроме своего попаданства, что уже и отвык от фильтрации своей речи.

И дело было не в том, что передо мной сидел имперский чиновник, представитель той самой системы, которая триста лет назад выжигала некромантов каленым железом. Он прагматик, и, как минимум, понял бы мои мотивы, а как максимум — поддержал бы.