Книга Лесной дозор, страница 58 – Сергей Карелин, Александр Вольт

— Слезай, — скомандовала она.

— Зачем? — я тяжело дышал, стараясь не морщиться, пока спускал больную ногу на твердую поверхность. — Нормально же шли. Мы еще даже половину пути не проехали.

— Нормально он шел, как же, — Наира обернулась и укоризненно посмотрела на меня. — Ты мне сейчас весь баланс сбил. Я же чувствую, как ты там сзади деревянным стал и весь вес на левую сторону перевалил. Тебе надо отдохнуть.

— У нас нет времени на пикники, — упрямо ответил я, хотя сам уже опирался спиной о поваленный ствол, давая ноге передышку. — Если они послали сигнал SOS, от моей медлительности могут зависеть жизни.

Наира подошла ближе и скрестила руки на груди.

— Послушай, герой, — сказала она, отбросив выбившуюся из-под капюшона челку резким движением головы. — Давай рассуждать логически: если на вооруженный имперский конвой напало нечто такое, что заставило их подать сигнал бедствия, значит, дела там уже плачевнее некуда. От того, что мы прилетим туда на десять минут раньше, глобально ничего не изменится. А вот если ты сейчас загонишь свою ногу так, что швы разойдутся, и свалишься с доски на полном ходу, переломав себе шею, то вот тогда точно никому не поможешь.

Спорить с этой железной женской (а точнее эльфийской) логикой было бесполезно. Да и, откровенно говоря, она была абсолютно права.

— Твоя взяла, — выдохнул я, скидывая рюкзак на утоптанный снег.

Кот недовольно мявкнул, возмущенный остановкой, и грациозно перепрыгнул на ближайшую ветку сосны, принявшись вылизывать лапу. Я смел рукавицей белую шапку снега со ствола ели и тяжело опустился на дерево.

Вытянув правую ногу, я осторожно ослабил верхние застежки шины, и стараясь не тревожить саму рану, положил пальцы на мышцы икр и бедра, принявшись жестко их массировать, разгоняя застоявшуюся кровь. И, что удивительно, это действительно помогло. Не знаю, что сыграло большую роль, массаж, то, что я снял статичную нагрузку, или остаточные эффекты системного исцеления, но ногу ощутимо попустило.

Наира молча стояла рядом, не сводя внимательного взгляда с подлеска, контролируя периметр. Я порылся в рюкзаке, достал металлический термос, открутил крышку-стаканчик и налил горячей воды. Сделав пару глотков, я молча протянул крышку эльфийке. Та благодарно кивнула, выпила пару глотков и вернула тару на место.

— Легче? — спросила она спустя минут десять.

— Жить буду. Погнали дальше, — я закрутил термос, забросил рюкзак за спину и снова встал на гравиборд.

Вторая часть пути далась легче.

Когда до точки назначения, если верить карте и координатам, оставалось около метров ста-двухсот, я похлопал Наиру по плечу.

— Тормози. Дальше на этой жужжалке нельзя.

Она без лишних вопросов перенесла вес на пятки. Гравиборд плавно затормозил и опустился на снег у края просеки.

— Если там кто-то или что-то есть, то лучше подойти в тишине, — пояснил я.

Наира кивнула, подтверждая правильность решения. Мы вдвоем подняли тяжелую доску и затащили ее за густые заросли молодого ельника, забросав снегом и лапником, чтобы не отсвечивала черным боком на белом фоне.

Очень скоро мы стали подбираться к тому месту, где должен был остановиться караван.

Мы инстинктивно замедлили шаг, стараясь ступать как можно тише. Я снял автомат с предохранителя, большой палец привычно лег на переводчик огня, сдвинув его в положение одиночной стрельбы. Наира плавно сместилась в сторону, взяв чуть левее, и тоже с легким щелчком взвела свою массивную снайперскую винтовку.