Книга Я вам что, Пушкин? Том 1, страница 188 – Ричард Рубин

Она снова зябко поежилась. Не знаю, от холода или от перспективы разговора по душам с нашей цундеркой. Так-то оба варианта способны привести в ужас. Хотя тут я лукавлю, конечно. Нацуки МОЖЕТ бесить, но в глубине души она девчонка хорошая. Где-то очень глубоко.

— Знаю, — потупилась Моника, — ты прав, Гарик. Ненавижу, что ты прав!

Я примирительно выставил вперед ладони.

— Да сам от этого не в восторге. Но есть идейка одна.

— Какая же?

— Мангу ей в подарок купи.

Моника задумалась. На самом деле план был не так уж и хорош. Главным образом потому, что Нацуки по манге прямо-таки маньячит. А значит, будет сложно найти серию, которой у нее в коллекции еще нет. Но лучше я об этом промолчу. Плохонький план лучше никакого.

— А знаешь, — наконец ожила глава нашего клуба, — это вполне может сработать.

Я потрепал ее по волосам и убрал выбившуюся из «конского хвоста» прядь за ухо. По рукам не получил. Отлично. Викинг, твой топор снова остер.

— Не просто может — сработает! Смотри. Сегодня ты в книжный уже не попадешь. Когда я мимо него проходил, там переучет был, замок висел. Но завтра он открыт будет стопудово. Такие заведения без выходных часто работают, потому что у них немалая часть клиентуры в выходные только выбраться может. Завтра с утра наведайся тогда и выбери какую-нибудь флаффную сёдзё-новеллу.

Глаза у Моники стали похожи на два блюдца. Почти как на спрайтах игровых, но там-то была аниме-эстетика, а здесь все по-настоящему. Уже ждал, что сейчас прозвучит сакраментальное «ЧЕГО БЛЯДЬ?» из известного куска для важных переговоров.

— Не совсем уловила смысл некоторых… характеристик в твоем совете, Гарик, — призналась она, — будь добр, поясни для… неопытных.

— Да че тут пояснять, — развел руками я, — ты ж сама знаешь, что ей нравится. Какая-нибудь добрая слайсуха, может, даже с экшном, обязательно с романтической линией, где все друг друга любят, только без противоречий с уголовным кодексом… как-то так.

Судя по напряженному виду и морщинке на лбу, понятнее не стало. Но еще раз переспрашивать она точно не будет, чтоб в моих глазах не падать. Тоже так бывало, когда чел какой-нибудь три раза тебе свое имя назвать в разговоре успел, а оно тут же из головы вылетело. Весьма неловко.

— Я спрошу у консультанта, — наконец нашла Моника выход из положения, — вынуждена признать, что Саёри оказалась права — ты действительно смекалистый.

— Ну еще бы, — приосанился я.

И тут меня под дых ударило осознание.

— Постой-ка… что это значит «вынуждена признать»? Ты меня за дурачка считала, что ли, м? — надвинулся я на нее с максимально угрожающим видом, — объяснись!

Однако Моника не испугалась. Подскочила ко мне, чмокнула в губы и, воспользовавшись замешательством, направилась прочь.

— Извини, все потом, я очень спешу, Гарик, чао!

— Чао-какао, — проворчал я ей вслед, — надеюсь, тебя подхватит попутный ветер и унесет в волшебную страну Оз, Мэри Поппинс, блин.

(хе-хе, да уж, посмотри, какой поппинс накачанный, насладись видом)

Спасибо. Зрелище, конечно, привлекательное, но задолбался на улице стоять. Пора в домик.

Саёри уже дожидалась меня в гостиной. В руках у нее покоилась маленькая картонная коробочка. Надо же, похоже, планшет все-таки существовал, и это не простой предлог.

— Гару, ты чего так долго? — спросила Саёри с беспокойством, — и где Моника? Я ей тут ее планшет сложила, все готово…