Книга Я вам что, Пушкин? Том 1, страница 199 – Ричард Рубин

Хорошо, что на его месте оказался я.

Саёри заметила мои округлившиеся глаза и неловко усмехнулась, прикрыв рукой страницу. Пальцем угодила как раз на дерево с петлей.

— Это старый рисунок, Гару, — пояснила она.

— Насколько старый? — поинтересовался я.

Судя по тому, что подружки-одноклубницы начинают попадаться только к середине альбома, ему несколько месяцев, но удостовериться все равно не мешает. Насколько глубоко в ней засела эта зараза?

(да тут никаких детективных навыков не нужно, батенька даже из скрипта понятно, что глубоко. чертовски глубоко. и тебе туда лучше не опускаться. твое миропонимание в лучшем случае тянет на батискаф «титан». с геймпадом вместо руля. раздавит тебя этим грузом в кашу и все)

Самый лучший вариант был бы найти толкового психоаналитика. Будь мы в МСК, все получилось бы гораздо проще. Там таких хоть жопой ешь, разве что на углу не стоят со своими услугами. Я с коллегами с работы особо близко не общаюсь, но и то знаю, что парочка из них регулярно терапирует свои тревожки и ОКРы, даже в рабочий чатик их следы просачиваются. Так что сыскать душеведа через сарафанное радио не проблема. Да только вот мы не в Москве, а в Никогде. И тут спасение утопающих — дело рук самих утопающих.

— Хм-м, — Саёри призадумалась, — конец августа, кажется. Мне немножко взгрустнулось, что лето скоро кончится. Снова будет холодно и сыро, и дожди, и школа, да еще…

Тут она осеклась и отвела глаза, отчаянно краснея. Я осторожно взял ее под локоть.

— Что еще? Договаривай давай, мы тут все свои, я и Пятачок.

Саёри прыснула.

— Пятачок? Тот самый, что ли, из книжек про Винни-Пуха?

— Ага, — согласился я, — он самый.

На самом деле мысль моя ушла в несколько ином направлении, но не буду ж я ей пересказывать бумерские анекдоты для элиты всех сортов. Бедолага не поймет.

Саёри демонстративно насупилась и надула щеки.

— Ты зачем сравниваешь меня с поросенком? Намекаешь на что-то, м? Гару, это некрасиво!

— Все-все, отбой, — усмехнулся я, — если уж на то пошло, ты больше тянешь на Тигру. Он весь такой живчик радостный, вечно прыгает повсюду, чуть от энергии не лопается.

Этот образ больше пришелся Саёри по вкусу. Оно и понятно, никому не хочется, чтоб его сравнивали со свиньей, пусть даже милой и мультяшной.

— … но ты с темы не съезжай, — вкрадчиво продолжил я, заглядывая ей в глаза, — чего там еще тебя беспокоило?

Она покраснела еще интенсивнее. На секунду я даже подумал, что переборщил с навыком убеждения, и если бы эту сцену видел кто-то со стороны, например, представитель школьного совета, я бы в тот же вечер висел на доске позора. А на следующее утро уже был бы отменен с позором за домогательства. К счастью, никто нас не видел.

— … ты перестал со мной разговаривать, Гару, — вздохнула Саёри, — сначала я очень переживала, что сама виновата. Может, надоела тебе своей болтовней или обидела чем-то. А потом привыкла, ты ж сам любишь повторять, что в жизни все бывает. Но менее грустно от этого не стало.

Острое желание надавать Гару по щам зародилось у меня внутри. Горячим и вязким комком поползло откуда-то из пищевода к горлу. Уже из скрипта игры понятно было, что он тот еще мудила бесполезный, но сейчас, когда ты это от живого человека слышишь, а не текст в окошке под спрайтом читаешь… ярость прямо-таки рвется наружу.