Книга Я вам что, Пушкин? Том 1, страница 255 – Ричард Рубин

— Видишь, что написано? Выпуски с шестнадцатого по сорок восьмой! Это только часть собрания, кто ж с середины историю читать будет?

— Это все Гару… — попробовала оправдаться Моника. Да, по факту Гарик как раз отговаривал ее от покупки и оказался прав, но сейчас его здесь нет, поэтому можно свалить вину и не чувствовать никаких угрызений совести.

А где он, кстати? Если бы они до сих пор продолжали идти по скрипту, ГП проводил бы время с кем-нибудь из девочек. Но скрипт уже давно даже на свод рекомендаций не тянул, так что…

«Что если он сейчас с Саёри? Когда мы созванивались, он был с ней. Наверняка оставался ночевать. Вдруг они…»

Лицо снова обдало горячим. Моника почувствовала, как внутри закипает непрошенная, ненужная ярость, и глубоко вдохнула.

— Тьфу ты, блин, — возмутилась Нацуки, — нашла кого слушать! Это все равно что просить кулинарных советов у того, кто быстрорастворимую лапшу жрет. Гару же вообще не шарит в манге! Ну ты даешь, Мони.

— Прости, — вновь повторила Моника. Мыслями она сейчас была далеко отсюда. Заглядывала в окна спальни Саёри.

— Ладно-ладно, что ты заладила, — смягчилась Нацуки, — еще запинаться через слово начни — и запросто за Юри сойдешь. Все путем.

— Мир?

— Мир.

Они обнялись. Моника почувствовала руки Нацуки на шее и подумала, что зря переживала за противни. Очень уж сильная хватка.

— Все, довольно соплей, — Нацуки отстранилась, — щас папа должен скоро проснуться, а у меня еще работы невпроворот.

Намек получился весьма прозрачный. Моника кивнула.

— Хорошо, тогда не имею права больше тебя задерживать, Нат.

— Никогда не зови меня так! — взвилась та, — мое имя не сокращается!

— Ладно-ладно, не буду… Нат.

Да, сейчас Моника топнула по берсерк-кнопке подруги и наверняка подточила то хрупкое перемирие, которое только-только выстроилось… но как тут удержаться?

Нацуки сжала кулаки. На лбу проступила вена… наверняка сейчас по ней текла НЕНАВИСТЬ.

— Арргх, иди уже!

В холл Монику буквально вытолкнули. Однако несмотря на не самое бережное обращение… она пребывала в прекрасном расположении духа. В первый раз за долгое время за свои поступки пришлось ответить… и вместо стыда или горечи это принесло облегчение. В том, прежнем мире, мире игры, Моника такого чувства не испытывала.

Оно оказалось весьма приятным.

— Ну что, тогда до понедельника? — спросила она, уже стоя у выхода.

— Ага, — буркнула Нацуки, — если я не сдохну, пока делаю домашку по алгебре.

— Ну ты уж постарайся, — усмехнулась Моника, — все же участие в литературном клубе налагает на участников и необходимость поддерживать статус. В том числе и в сфере академических достижений.

— Достижения-шмостижения, — донеслось в ответ, — давай, если что, спишемся.

— Непременно.

Входная дверь закрылась за спиной с холодным щелчком. Моника подставила лицо солнечным лучам, потянулась, разминая шею, и зашагала восвояси под аккомпанемент птичьего гомона и уличного шума.

Мысли мелькали в голове лихорадочно и быстро. Как квадратики на грифе в игре «гитар хиро», когда экспертную сложность выбрал. И сейчас я эту экспертную сложность не вывозил, гитара хрипела и икала.

Ну давай, скажи уже хоть что-то, Игорян. Вон как все стоят и на тебя смотрят. Кто-то с недоумением, кто-то с любопытством, как на зверушку в зоопарке, а вон тетка с пекинесом на поводке жалеет. Того и гляди, предложит таблеточек попить. Я бы попил, конечно, но они не помогут. Не в этом дело.