Книга Смерть Созданиям Сумрака: Расцвет, страница 27 – Александр Вольт, Ричард Рубин

Софа возмутилась.

— Я, значит, от всего сердца ему, олуху, подсказываю, как надо в седле держаться, чтоб шею не свернуть, а он пускает слюни и придирается к словам. За мной повторяй, чучело!

Она была права, права абсолютно в каждом пункте, но признавать этого я не хотел. Много чести.

— Нет уж, обойдусь и без твоих советов, лучше по-своему, — проворчал я.

Софа хмыкнула и вздернула аккуратный носик.

— Как знаешь, — в голосе ее звучала насмешка, — посмотрим, далеко ли ты уедешь с такой техникой.

Однако больше она меня не стыдила. И сама время от времени бросала в мою сторону взгляды. Искоса и мельком, как бы невзначай. Но я не страдал невнимательностью, поэтому засекал такие штуки, как бывалый разведчик. Странные они, женщины, конечно. Ну понравилось тебе внимание, так и скажи!

Вот, помню, была у меня девочка, Людка. Мы познакомились с ней на дискотеке, встречались, гуляли… Потом съехались, начали жить вместе. Однажды она ко мне выходит, стоит в нижнем белье, а в руках держит два платья: черное и белое. И спрашивает: какое мне лучше? Я ей и говорю: возьми белое. Нет, говорит Людка, белое полнит. Я смотрю на нее ошалело и говорю: ну тогда надень черное. А она отвечает: черное слишком мрачное. Ходила в раздумьях еще сорок минут, в итоге бросила шмотки в шкаф, расплакалась и никуда не пошла.

Или другой случай. Я собираюсь покупать нам билеты в кино и спрашиваю у нее: на наш ремейк «человека-бензопилы» или на «переосмысление ментов»? Она мне отвечает: «да». Не стал переспрашивать, взял билеты туда и туда, потому что ответ можно было двояко трактовать. В итоге к концу дня фильмы в голове так смешались, что потом во сне за мной катались демоны на ментовских “буханках” и просили предъявить человечьи документы.

Надеюсь, что там, куда мы направляемся, никто паспорт спрашивать не будет.

А “там” — это где?

— Слышь, а куда мы едем?

— В поле ссышь, Витя, — отозвалась Софа, — мы пока просто едем подальше отсюда. В окрестностях Гуляева у этого ублюдка повсюду имеются свои глаза и уши, Рассчитывать нельзя ни на кого — сдадут с потрохами так быстро, что не успеешь даже крикнуть “слово и дело”. И даже не потому что люди тут гнилые. Просто каждому своя шкура дороже. Твоя, кстати, уж больно приметная, шкура-то.

— Что ты имеешь в виду? — не понял я.

— То и имею. Разоделся как хрен заграничный. Ткань вот эта, — она ткнула пальцем в мои джинсы, — которую носят люди с запада. И прическа по идиотскому фасону.

Ага, а ты со своей стрижкой под мальчика прямо-таки звезда всех модных показов, скажите, пожалуйста, какой важный курица.

— Нормальная у меня прическа, — процедил я, — до тебя никто не жаловался.

Она слегка притормозила лошадь и поравнялась со мной. Бесцеремонно запустила руку в волосы. Я сперва хотел возмутиться, но потом передумал. Во-первых, рука у Софы оказалась приятно прохладная. Не как у мертвячки, но веяло от нее легким морозцем. Свою магию подключила, наверное. Да и в целом хорошо — мягкое прикосновение, осторожное.

— Височки эти выстриженные, еще б сеточку себе выбрил… — усмехнулась она, — Как там бабуля говорила… хм-м… а, вот… Кринж!

Я заскрипел зубами. Значит, в том, что касается науки и техники, у них тут мощный откат произошел. Зато полиция моды до сих пор заступает на пост исправно. На первый раз без нарушений, но впредь не попадайтесь, иначе к вам применят наказание.