Книга Моя Теневая Империя 2, страница 113 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

— Роман, утихомирь своего брата! — игнорируя мои слова, произнёс Зубов.

Из-за того, что Фёдор Ильич отвлёкся, Добрынина вырвалась из его хватки и рванула прямо на Артемия Костровского.

Доля секунды — и копьё пронзит его грудную клетку. И ему уже никакой лекарь не поможет. Эта сталь закалена магией света, силой Бога Солнца. Против слабых тёмных магов — это идеальное оружие.

Что ж… Значит, момент настал.

Я взмахнул рукой и выпустил энергетический разряд парализующей магии. Он врезался в руку Натальи, и та отлетела в сторону от Артемия. Я использовал самую лёгкую форму порчи, заставил её мышцы расслабиться, чтобы воительница выронила оружие.

Однако скрыть цвет своей магии я уже не мог. После того, как в моих руках оказалось сердце, количество энергии так возросло, что без артефакта высшего сокрытия замаскировать тёмную магию уже не удастся.

После того, как это случилось, все присутствующие замерли. Никто не знал, что произойдёт дальше. Даже охрана за моей спиной начала сомневаться, на той ли стороне они воюют.

Но больше всех был шокирован Фёдор Ильич Зубов.

— Как это возможно? — прошептал он. Челюсть мужчины отвисла. — Я ведь лично ставил на тебя печать… Я ведь… Её невозможно было снять! Невозможно! Роман, почему ты так спокойно на это реагируешь? Твой брат освободился от печати!

Роман Владыкин медленно обернулся к охранникам дома, заметив их колебания, и заявил:

— Если кто-то решит предать своего господина, я лично позабочусь о том, чтобы вам жизнь мёдом не казалась, — Роман вновь повернулся к Зубову. — Да! Я знаю, что мой брат — тёмный маг. Давно знаю. И он спас мне жизнь, защитил от мутантов Ночи Красной Луны.

— Нет… — не верил нашим словам Зубов. — Я всё понял. Это лич вас околдовал. Он уже здесь, да? Он снял печать с Константина. Ну конечно, больше никто бы не смог этого сделать, верно? Наталья, ты со мной согласна?

Женщина, опираясь на своё копьё, медленно поднялась на ноги. С изяществом и грацией, как и всегда. Пока она лежала на земле, моим соратникам хватило времени, чтобы скрыться за машиной Захара.

— На мой взгляд, все они — предатели, — заявила она. — Я приглашала Константина вступить в бюро месяц назад. Но он отказался. Какой запечатанный в здравом уме откажется от такого предложения? Он уже тогда освободился.

— Не может такого быть! Моя печать идеальна! Я разрабатывал эту технику всю свою жизнь! — раскричался Зубов.

Я знал, что рано или поздно ему придётся узнать о том, что я извлёк из себя его магию. Но не думал, что эта новость так сломит его.

— Фёдор Ильич, — твёрдо произнёс я. — Если вы сейчас же не прекратите свою истерику, лич убьёт нас всех. Он специально привёл вас сюда, чтобы мы перебили друг друга.

— Не заговаривай мне зубы! — перебил меня он. — Я никогда не поверю тёмному. А ты, Роман, моё главное разочарование! Прикрывал своего брата, а сам продолжал притворяться агентом бюро.

— На Романа клеветать даже не думайте, — произнёс я. — Он ведь свою жизнь отдал вашему агентству. Отказался заводить свою семью и продолжать род, лишь бы служить вашему Солнцу, которому глубоко плевать на своих верующих, как и Дьяволу плевать на поклоняющихся ему. Как же вы не поймёте? Что тёмные маги, что светлые — мы живём бок о бок в одном мире. Но нас всё время кто-то пытается стравить.