Книга Придворный Медик, страница 19 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

— Ну, тут всё очевидно, — заключил Леонид. — Скорее всего, это сотрясение. Сейчас сделаем рентген, я открою вам больничный и пойдёте домой отлёживаться…

— Лёня! — не удержался Сергеев.

От возгласа нейролекаря Беленков с пациентом одновременно вздрогнули.

— Ч-что не так, Алексей Георгиевич? — напрягся Леонид.

— Какой ещё рентген? Какой больничный? — судорожно дёргая головой, протараторил Сергеев. — Всё, меняйтесь. Посмотрим, что скажет Павел Андреевич. Чувствую, наше маленькое занятие провалилось. Придётся мне самому разбираться с больным.

— Не спешите, Алексей Георгиевич. Я ещё даже не начал, — перенял инициативу я.

Подсел поближе к пациенту, а затем произнёс:

— Следуйте моим указаниями. Закройте глаза и отведите правую руку в сторону.

Петров сделал, как я и просил.

— А теперь, не открывая глаз, попробуйте прикоснуться указательным пальцем правой руки к кончику своего носа.

Пациент пожал плечами, но спорить со мной не стал. Затем согнул руку и…

Ткнул себя указательным пальцем в глаз.

Ещё один признак имеющегося повреждения. Здоровый человек смог бы попасть по кончику носа. В данном случае точно имеются неврологические нарушения.

— Хорошо, — кивнул Сергеев. — Пальце-носовую пробу провели. Дальше что?

— Госпитализация, — сказал я. — Предварительный диагноз — сотрясение головного мозга лёгкой степени тяжести. Даже в таком случае больного лучше класть в неврологический стационар. А там уже выполнят магнитно-резонансную томографию, чтобы выяснить, есть ли признаки ушиба головного мозга. Но я сильно сомневаюсь, что дело зашло дальше сотрясения.

Ушиб мозга гораздо более опасное состояние, чем сотрясение. С моим уровнем «анализа» его обнаружить не удастся, но МРТ покажет, есть в голове повреждения или нет.

— Отлично, — улыбнулся Сергеев. — Хорошо идёте, Павел Андреевич. Заключительный вопрос. Что по лечению?

— Как только госпитализируется, дать обезболивающие, назначить препараты для улучшения циркуляции крови в головном мозге. И всё. Покой. Без книг, телефонов, телевизоров и резких движений, — произнёс я.

— Не понял, — напрягся маляр. — Это что же получается, меня в больницу кладут?

— Кладут-кладут, голубчик, — сказал ему Сергеев. — На пять дней. Состояние не серьёзное, пройдёт быстро. МРТ всё равно на всякий случай пройдёте, но я уже осмотрел ваш головной мозг. Нет там ушиба.

Впечатляет! Похоже, мощность «анализа» нейролекаря очень высока.

Раз он исключил ушиб, значит может заглядывать даже на клеточный уровень. Думаю, я и сам со временем смогу развить свои способности до более высоких ступеней, но сделать это самостоятельно будет трудно.

В идеале найти бы себе наставника. Не Гаврилова, который подсовывает бумажки и угрожает увольнением, а настоящего учителя. Так процесс моего развития пойдёт гораздо быстрее.

Как только маляр направился в неврологический стационар, Сергеев попросил остальных пациентов подождать, а после затеял с нами беседу.

— А вы меня удивили, — обратился ко мне нейролекарь. — Завершили приём без сучка и задоринки, Павел Андреевич. Но у меня к вам есть ещё несколько вопросов. К вам обоим. Скажите, молодые люди, почему я отмёл вариант с рентгеном?

Леонид Беленков промолчал. Похоже, правильный ответ он не знал.

— А вы что скажете, Павел Андреевич? — поинтересовался Сергеев.