Книга Придворный Медик. Том 3, страница 76 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

Память исчезла, а вот эмоции, переживания — это никуда не делось.

— Болван, Владыкин! — выругался Биркин. — Дилетант! Если бы он смог ещё и эмоции мои стереть, меня бы это не беспокоило!

Больше Биркина никто не подслушивал. Аристарх надеялся, что владелец жучка себя выдаст. Но тот сделал всё в точности до наоборот. Отключил жучок. Разорвал связь и перестал подслушивать разговоры Аристарха Ивановича.

Наверное, Биркину стоило радоваться, что прослушки больше нет.

Но почему-то это жутко его бесило. Получается, что человек по ту сторону линии в нём не заинтересован.

Не заинтересован! Ха! Как кому-то может быть не интересен главный дознаватель?

Биркин был уверен, что утраченную информацию можно было бы получить из старых допросов. Но Аристарх прекрасно понимал, что и враг заготовил ему ловушку. Прошлый Биркин не стал бы сохранять записи о столь важном для него человеке! Он всё держал в уме.

Что ж, значит… Есть только одно решение.

Нужно повторить уже пройденный путь. Рано или поздно он вспомнит то, что осталось забытым.

Одно Биркин знал наверняка: «пропажу» нужно искать в императорской клинике.

Среди лекарей.

* * *

— Да, Евгений Кириллович, — прижимая телефон к уху, кивнул я. — Разумеется, не нужно класть в дневной стационар графа с пневмонией. Да… Да, я понимаю, что он граф. Но это не отменяет того, что он заразит других пациентов.

Ух… Гаврилов всё же согласился с моим мнением и положил трубку. Руководство целым отделением давалось ему тяжело. Только что Евгений Кириллович чуть не положил пациента с пневмонией в общий профиль.

А так делать нельзя. Если человек в медицинской сфере не варится, сходу понять суть проблемы трудно. Но описать эту ситуацию можно на примере одной истории из моей прошлой жизни.

Один раз молодой специалист допустил такую же ошибку, как и Гаврилов. Только Евгений Кириллович умом понимает, что так делать нельзя. Просто его пугает титул «граф».

В моём же мире никаких графов и прочих дворян в помине не было. Просто терапевт по глупости госпитализировал температурящего пациента в общий профиль.

Разумеется, я этого болвана уволил. Потому что на следующее утро все пациенты с больным сердцем, астмой и хроническими панкреатитами подхватили вирус гриппа!

Повезло ещё, что обошлось без летальных исходов. Жалко было увольнять терапевта, но за столь грубые ошибки нужно наказывать. Иначе человек не научится.

Инфекционные больные отдельно, все остальные — отдельно. По-другому нельзя. Точно так же нельзя класть мужчин с простатитом в отделение акушерства и гинекологии. По понятным причинам. Есть примитивные вещи, которые должен понимать каждый медик.

Но проблема Гаврилова в другом — он слишком податлив. Какой-то важный граф захотел лечиться от пневмонии именно в дневном стационаре! Всё, у Евгения Кирилловича ступор. Как можно отказать графу? Да очень просто. Люди ведь пострадают! И в медицине есть свои правила, против которых не может пойти ни граф, ни князь, ни император.

Я вразумил Гаврилова и уже собрался идти домой. Но перед этим решил заглянуть к Киммо. Кайнелайнен уже принял всех своих пациентов. Наконец мы могли переговорить наедине. Поликлиника — единственное место, где Тапио не преследует своего господина на каждом шагу.

А с Киммо мне уже давно надо поговорить. Я ведь понял, что он — не просто финский лекарь. У него есть тайна посерьёзнее. Причём не одна.