Книга Придворный медик. Том 5, страница 26 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

— Я предлагаю сделать с Павлом Булгаковым то же самое, что вы провернули с господином Преображенским, — проигнорировав крики Платонова, спокойно произнёс Валерий.

— Растратить на Булгакова заряд моего артефакта? — хмыкнул Платонов. — Ты думаешь, что мне самому это в голову не приходило?

На самом деле Платонов уже давно сдерживался. Хотел создать внутри Булгакова огромную опухоль. Сразу же распространить метастазы, чтобы он даже двигаться не смог. Такое сделать не трудно, если заставить метастазы полететь в позвоночник.

Однако всё упирается в два нюанса: Платонову жалко заряд артефакта — это раз. И Булгаков точно не подпишет документы для перевода в его центр — это два.

Но…

Можно ведь и вправду его обездвижить? Сам он опухоль вылечить не сможет. Артефакт перезарядится. Пока что пациентов хватает.

Телефон Валерия зазвонил. Он ответил на звонок, побледнел, а затем протянул трубку онколекарю.

— Аскольд Афанасьевич… Тут вас. К телефону.

— Ну кто ещё? Опять второе отделение? — вздохнул Платонов. — Только не говори, что они снова переборщили с лучевой нагрузкой!

— Нет, это кое-кто другой.

— Алло! — ответил Платонов.

— Доброй вам ночи, Аскольд Афанасьевич. Уж простите, что звоню вам в столь поздний час, — послышался хриплый мужской голос. — Но вы, вижу, всё ещё на работе. Как и я.

— С кем я разговариваю? Представьтесь.

— Куда пропали мои манеры? Наверное, их смыло усталостью, хе-хе, — послышался мерзкий смешок. — Главный дознаватель Его Императорского Величества. Аристарх…

Платонов мысленно выругался.

— … Иванович Биркин, — закончил представляться дознаватель.

В голове онколекаря возникла ещё тысяча ругательств.

— П-приветствую, господин Биркин. Чем могу помочь? — Платонов принялся играться с карандашом, чтобы хоть немного успокоить свои нервы.

— Мне нужно задать вам пару вопросов. Дело в том, что я только что закончил допрашивать господина Захарьина…

Карандаш в руках Платонова сломался пополам. Ну, вот и всё. Случилось то, чего он больше всего боялся.

— А какое отношение я имею к…

— Тихо! — перебил его Биркин. — Вы знаете, о чём я говорю. Притворство излишне. Но… Думаю, вы ведь не хотите, чтобы я сообщил о ваших деяниях императору, верно?

— Это шантаж? — напрягся Платонов.

— Что вы! Это добрый совет. Пригласите меня в свой центр. Я хочу познакомиться с вашей работой.

— Без проблем, — Платонов пожал плечами, будто видел Биркина вживую. — Какое отделение вас интересует? Первое, второе? Или, может быть, третье?

— Не надейтесь, Аскольд Афанасьевич. Четвёртое. Я хочу лично взглянуть, как вы мучаете людей. Вы же знаете… Такое уж у меня хобби!

* * *

Обычно по утрам я встаю без будильника. Но на этот раз самому проснуться мне не дали. В шесть утра меня потревожил звонок Николая Антоновича Ушакова. Моего наставника из ордена лекарей, который также приходится мне дядей по отцу.

— Николай Антонович, вы уж извините за прямоту, но вы на часы смотрели? — я протёр глаза и уселся на кровати. — Что-то срочное?

— Да, Павел. Нам придётся отложить сегодняшнюю встречу. Перенесём её на завтра. Я только сегодня закончил изучать последние снимки твоего магического центра и… у меня появился ряд вопросов, которые нужно срочно решить.

— Нельзя просто забросить такой факт и не уточнить, в чём дело, — подметил я. — Рассказывайте.