Книга Придворный медик. Том 5, страница 43 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

Скорее всего, он использует каждого в своих целях. Какой-то период ему был важен Платонов, затем он начал менять союзников, как перчатки. Но спешить с выводами я не стану. Посмотрим, что он сам мне расскажет.

Он ведь не знал о моей амнезии, пока я сам о ней не упомянул. Значит, Валерий Венцов действительно рассчитывал, что я его помню.

— Никаких обид, Валерий Фадеевич, — сухо ответил я. — Но для начала я хотел бы узнать, кто вы на самом деле такой?

— Мы с вами работали вместе. Стажировались у вашего отца. До того, как произошло то, что… Ну, вы меня понимаете. Искренне соболезную вам. Ваш отец был моим учителем, — Венцов начал заикаться.

Странно, будто и вправду говорит искренне. Кроме того, я слышу его сердцебиение. Он не лжёт. Эта тема и вправду тяжело ему даётся. Любопытно… А вопросов становится всё больше и больше.

— Давайте продолжим разговор в моём кабинете, — предложил Валерий Венцов. — У нас есть ещё минут двадцать, пока Аристарх Биркин осматривает отделение. Но на его счёт не беспокойтесь, у меня уже созрел план, как можно от него избавиться.

Избавиться? Интересно. Да какую же игру он затеял?

Готов поспорить, что Платонов считал своего помощника обычной серой мышью. Человеком, который не представляет для него никакого интереса. А на деле тот оказался хитроумным интриганом.

Я молча кивнул и последовал за Валерием Фадеевичем. Мне же лучше, если он проведёт меня через отделение. Главное понять, где находится кабинет Платонова. Наверняка палаты пациентов открываются где-то там. Вариантов два.

Либо я освобожу больных с помощью паролей, которые хранил онколекарь, либо найду систему, открывающую все двери.

Как ни крути, а придётся совершить саботаж внутри одного из главных объектов Российской Империи. Но бояться мне нечего. Даже если после этого меня задержат, доказательств виновности Платонова в этом месте достаточно. В итоге получится, что я сделал всю работу за орден лекарей, который почему-то закрывает глаза на происходящее здесь.

Лекарство от рака они тут ищут! Идиоты. Чего стоит такое лекарство, если из-за него будут заглублены сотни больных людей?

Кстати, эти больные люди многое смогут рассказать, когда выберутся наружу. Уж им точно поверят. Их показания хорошо подкрепят мои объяснения о том, что последние годы творится в четвёртом отделении.

Да и сам Платонов уже сломался. Я сильно на него надавил. По сути, я только что сломал все его поганые мечты. Он давно грезил о панацее, которая будет лечить всех онкобольных людей.

Но создать такую ему не удастся. А если и удастся, то какой ценой? Нет. Эксперименты над людьми негуманны. Тем более они запрещены на законодательном уровне и в моём мире, и здесь.

Мы с Венцовым прошли в небольшую комнатушку, которая служила Валерию кабинетом. На долю секунды я удивился, что у него даже окон нет, и лишь после вспомнил, что мы находимся глубоко под землёй.

В одной из самых тайных лабораторий Санкт-Петербурга.

— Вот теперь можете задавать свои вопросы, Павел Андреевич, — Венцов расслабился, налил себе стакан воды и присел в своё кресло. — Тут нас никто не побеспокоит.

— Пока что я не могу понять, как вы могли стажироваться у моего отца, если вы не являетесь лекарем, — подметил я. — Маг яда в клинике? Звучит не больно-то реалистично.