Книга Спасите меня, Кацураги-сан! Том 03, страница 26 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

— Давайте, Кацураги-сан, — грустно усмехнулся Хаикава Эйджи. — Только не думаю, что из этого что-то получится.

— Честно скажу, Хаикава-сан, судя по тому, что я почувствовал, прощупывая ваш живот, степень цирроза достаточно высока, — мне пришлось солгать, что я определил цирроз голыми руками, чтобы не упоминать об «анализе». — Возможно, что понадобится трансплантация. Но перед этим нужно пройти полный курс обследований. Предлагаю госпитализироваться в гастроэнтерологию. Так будет быстрее и проще как для вас, так и для врачей. Вас осмотрят прямо здесь — в нашей клинике, и если будет необходимость — переведут в другую, где вами займутся гепатологи.

— Я согласен, Кацураги-сан, делайте так, как считаете нужным, — смирился Хаикава Эйджи.

Я оформил направление на госпитализацию и подробно расписал всю историю заболевания Хаикавы.

— Проходите в приёмное отделение, оттуда вас проведут в гастроэнтерологию, — сказал я.

— Благодарю, Кацураги-сан, — кивнул Хаикава. — И… Простите за моё поведение.

— Всё в порядке, — ответил я. — Лучше займитесь своим здоровьем. Это сейчас — самое главное.

Хаикава Эйджи покинул наш кабинет, и я с облегчением вздохнул. Очень уж мне не хотелось отпускать его без назначений. Теперь-то он точно попадёт в надёжные руки. Насколько я слышал, гастроэнтерологическое отделение у нас очень хорошее. Там ему внутривенно введут гепатопротекторы для защиты печени от дальнейшего повреждения и «почистят» кровь.

А с учётом развившегося асцита там и без мочегонных препаратов не обойтись. Каким-то образом скопившуюся жидкость в его брюшной полости придётся эвакуировать.

— Ну вы дали жару, Кацураги-сан! — прошептала Огава Хана, выглядывая из-за компьютера.

Во время ссоры с Хаикавой она так сжалась, что я и вовсе забыл о существовании в этом кабинете медсестры.

— Когда вы сказали о том, что он может умереть, я думала — он начнёт кабинет крушить, — сказала Огава. — Я просто в шоке, что вам удалось его уболтать. Это же один из самых скандальных пациентов! До сих пор не могу поверить, что вы нашли с ним общий язык.

— С каждым пациентом нужно находить общий язык, — сказал я. — Это основы деонтологии. Болеющий человек имеет право на злость, грусть и любые другие проявления эмоций. Заболевания сильно меняют людей. Это стоит учитывать.

— Правда… Я даже об этом не думала, — сказала Огава. — А ведь многие воспринимают нападки пациентов, как личное оскорбление. А если мыслить так, как рассуждаете вы, то получается, что эти вспышки гнева — просто симптомы.

— Верно, Огава-сан. Я бы даже выразился, что эмоциональная нестабильность — это сопутствующее заболевание при любом недуге. Сами посудите, вряд ли кто-то будет вне себя от счастья, если простудится, верно?

Кроме разве что Савада Дэйчи. Это терапевт — просто мастер спорта по «самозаболеванию». Интересно, когда он уже выйдет с больничного? В этом месяце я хочу больше внимания уделить профилактическому отделению, а не ночным дежурствам в стационаре.

Через пару минут мне позвонила Сакамото Фумико — заведующая регистратурой. Странно… Неужели Хаикава Эйджи опять устроил какую-нибудь сцену? Да нет… Не должен был. Мы ведь уже всё обсудили!

— Да, Сакамото-сан? — ответил я.

— Кацураги-сан, вы не поверите… — эмоционально произнесла она. — Хаикава-сан, он…