Книга Спасите меня, Кацураги-сан! Том 04, страница 82 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

— Больше я сказать ничего не могу, Кацураги-сан, — ответил Эитиро. — Переводите своего пациента в инфекционное отделение. Скоро туда поступят ещё двое.

Эитиро положил трубку. Всё это время до меня пытался дозвониться главный врач, но общаться с этим психом у меня не было никакого желания.

Они слишком поторопились с испытаниями. Вирус обезвредили недостаточно, не учли, как отреагирует ослабленная иммунная система онкобольных. И самое главное — не рассчитали его эффективность. Число, за которым все гнались, оказалось слишком большим, чтобы не причинить организму вред.

Получается, что эффективность — это и есть самая главная проблема «Онкокура».

В приёмном отделении появилась инфекционная бригада. Мне крупно повезло, сегодня как раз дежурит Окабэ Акира.

— Окабэ-сан, у пациента аденовирусная инфекция, — объяснил я. — Судя по всему, начинается вирусная пневмония. Чем лечить — знаете.

— Догадываюсь, Кацураги-сан, — кивнул он. — Только не догадываюсь, откуда вы знаете, что это — аденовирус.

— Вспомните последнюю планёрку и поймёте, — намекнул я.

— Господи… — тяжело вздохнул Окабэ после долгой паузы.

До инфекциониста быстро дошло, что проблема возникла из-за экспериментального препарата.

— У Бьякуи Шино мощная опухолевая интоксикация, — сказал я. — Обязательно привлеките онколога и обеспечьте интенсивную дезинтоксикационную терапию.

— Сделаем, Кацураги-сан, не беспокойтесь, — кивнул он. — Я свяжусь с Кишибэ Банджо. Попрошу, чтобы он лично вёл онкологических больных, которые окажутся в моём отделении.

Бьякую Шино вывезли из бокса и подготовили к транспортировке в инфекционное отделение.

— Всё, Кацураги-сан? — спросил он. — Наш маленький эксперимент подошёл к концу? Можно уже ни на что не надеяться?

— Нет, Бьякуя-сан, — замотал головой я. — Шанс есть. Напишите отказ от дальнейшего участия в клинических испытаниях. Я сделаю остальную часть работы. В нашем стационаре вас приведут в порядок, а после мы решим, как вести вас дальше.

Шанс спасти его всё ещё был. Даже с учётом того, что препарат мы отменим, его опухоль уже уменьшилась. Возможно, онкологи найдут способ исправить положение своими — классическими методами.

— Тогда пока что не прощаемся, Кацураги-сан, — прошептал он. — Но на всякий случай — спасибо вам за всё. Я рад, что мы попытались.

Бьякую Шино увезли в приёмное отделение. Я видел, как машина Эитиро Кагами остановилось около больницы, а вскоре и сам заведующий поспешил к Окабэ Акире, чтобы проконтролировать состояние испытуемых.

Я же решил положить конец этому этапу клинических испытаний. Исследование «Нормотоникс» и «Нефреген» продвигается успешно. И механизм их действия мне известен. Уверен, что с этими препаратами не возникнет проблем и дальше.

А вот для «Онкокура» пора поставить точку.

Я поднялся в ординаторскую и достал две папки с документами, в которых вёл отчёт. Тот, что был написан для Ягами Тэцуро, я сразу же уничтожил. Плевать, что скажет главный врач, разговаривать с ним на эту тему я больше не намерен.

А главный отчёт нужно дописать. Я не стал мелочиться и во всех подробностях отразил последние дни испытаний «Онкокура». Через час в медицинской информационной системе появились протоколы исследований — Бьякуе Шино сделали компьютерную томографию лёгких и брюшной полости.