Книга Спасите меня, Кацураги-сан! Том 05, страница 55 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

— Как никто не может сказать, сколько суждено прожить мне или вам, Бьякуя-сан, — сказал я. — Я видел протокол операции. Всю опухоль удалили, метастазов тоже больше нет. Единственное, что нужно вашему брату — восстанавливаться и продолжать жить, будучи здоровым человеком. Правда, регулярно наблюдаться у онколога — это теперь строгая необходимость.

— Представляете, а Шино ведь даже ничего нам не рассказал, как так вышло, что вам удалось излечить его от болезни, с которой что-то делать уже было слишком поздно. Молчит, отказывается признаваться.

— Не пытайте его, — попросил я. — Он дал расписку и не имеет права рассказывать никому, даже родственникам. Самое главное, что в итоге с ним теперь всё хорошо.

— Да, Кацураги-сан, согласен с вами, — кивнул Бьякуя Синдзи. — Но я зашёл к вам не только потому, что хотел передать благодарность. Меня тоже кое-что беспокоит. И очень сильно. Учитывая, что случилось с моим братом… Я начинаю опасаться, что и у меня возникли похожие проблемы.

— Расскажите подробнее, что с вами происходит, — попросил я.

Важно, что он отметил для себя риск возникновения новообразования. Предрасположенность к опухолям нередко передаётся генетически. И тут важно знать грань между адекватным контролем своего здоровья и началом невроза.

Некоторые люди, узнав, что у их родственника диагностировано злокачественное новообразование, впадают в панику. Их начинает трясти из-за того, что и в их организме может скрываться подобное заболевание.

Онкофобия — так называется этот диагноз. Но такие проблемы возникают не только из-за страха перед онкологией. Бывает так же кардиофобия — боязнь инфарктов, и ещё множество различных фобий.

Очень важно объяснить человеку, чей родственник пострадал от того или иного заболевания, что ему теперь стоит тщательнее следить за своим здоровьем. Каждый год проходить определённые обследования и прислушиваться к своему организму. Но ни в коем случае нельзя отдаваться страху. Тогда всё это перетечёт в невроз, и человек будет видеть смертельную болезнь даже в обычной головной боли или в покалывании в животе.

— Понимаете ли, Кацураги-сан, меня беспокоят очень странные симптомы, причём уже очень давно, — начал объяснять Бьякуя Синдзи. — Впервые со мной это произошло года два назад. Я испытал очень сильное головокружение, моё сознание стало мутнеть и даже речь стала смазанной. Врачи заподозрили у меня инсульт, но вскоре всё прошло само по себе, и было решено, что этот приступ произошёл у меня из-за стресса.

— И сколько раз за последние два года у вас возникали такие приступы? — поинтересовался я.

— Кацураги-сан, да сложно сосчитать. Тяжёлых приступов было всего два. А так — слабость и сонливость я чувствую почти каждый день, — сообщил он.

— И вы до сих пор не решались обратиться к врачу и начать наблюдаться? — удивился я.

— Да всё время списывал эти жалобы на обыкновенную усталость. Друзья и коллеги говорят, что тоже постоянно хотят спать, и тоже чувствуют слабость, — заявил он. — А половина моих знакомых хотя бы раз в жизни теряли сознание на работе. Ничего необычного.

Бьякуя пожал плечами.

— Но вы всё же решили перестраховаться? — листая его электронную карту, спросил я. — Вижу, что вы сдали анализы. Кто вам их назначил?

— Я обращался к новому терапевту, который отвечает за первые этажи. Кажется… Акихибэ Акико, — произнёс он. — Но она была слишком увлечена спором со своим старшим коллегой, поэтому…