Книга Спасите меня, Кацураги-сан! Том 06, страница 27 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

Акихибэ Акико громко хохотнула, но тут же прикрыла рот ладонью.

— Я вижу, тут вообще всем плевать на её жалобы императору, да? — тяжело вздохнул я.

Так поступать с пациентами было нельзя. Даже если они совсем невыносимые.

— Просто она нас уже замучила! — призналась медсестра. — Она госпитализируется сюда каждые три недели без каких-либо жалоб. Занимает койку и при этом требует к себе постоянного внимания.

— И сестринский персонал решил, что ввести ей мочегонку — это наилучшее решение, да? — спросил я. — Ладно. Я сейчас сам разберусь. Но будьте готовы, что ночью ей придётся поднимать давление. Учитывая её анамнез заболевания, даже сто двадцать на семьдесят для этой женщины уже слишком мало. Сосуды привыкли к большему давлению. И плевать, что она сама об этом думает. Отвечаем-то за её здоровье мы с вами!

Акихибэ Акико с интересом слушала мой диалог с постовой медсестрой. Учитывая, сколько навалилось проблем, отправить Акико осматривать отделение — это лучший выход из ситуации.

— С Якинори Момо я разберусь, — сказал я медсестре. — А вы дайте Акихибэ-сан список тяжёлых пациентов. Пусть проконтролирует их состояние.

Я оставил девушек за спиной, а сам пошагал в палату Якинори Момо.

Когда я вошёл внутрь, по моим ушам ударил протяжный стон. Женщина каталась на кровати и громко выла, держась за лоб.

— Ой… Умираю! — кричала она.

Если бы она умирала, мой «анализ» включился бы автоматически.

— Эта стерва медсестра ввела мне крысиный яд… — заявила Якинори.

Я понимал, что пациентка притворяется, но всё равно включил «анализ» и осмотрел состояние её тела. Ничего серьёзного. Всё так, как и описал Накадзима Хидеки. Ишемическая болезнь сердца, но в данный момент достаточно стабильная. Никаких сужений сосудов, никаких рисков инфаркта. И давление фуросемид не сбил, пока что оно держалось на прежнем уровне.

Я присел рядом с Якинори Момо и произнёс:

— Якинори-сан, расскажите, пожалуйста, что на самом деле вас беспокоит.

Женщина резко перестала стонать и, приоткрыв один глаз, взглянула на меня. Блестящая актёрская игра. Видимо, она думала, что я легко куплюсь на этот трюк и буду плясать вокруг неё до самого утра. Но со мной этот номер не пройдёт.

— Спасли своего экстренного пациента, Кацураги-сан? — язвительно спросила она, сделав особый акцент на суффиксе «-сан».

— Почти, — ответил я. — Скоро придётся ещё раз отойти к нему. А пока я хочу разобраться, зачем вы привлекаете к себе столько внимания.

— Что вы имеете в виду? — изобразив недоумение, нахмурилась она.

— Вы ведь понимаете, что в нашем отделении лежит очень много тяжёлых пациентов, жизни которых угрожает опасность. Врачам приходится уделять им много внимания. Если вас на самом деле что-то тревожит — скажите мне честно, и я найду способ это исправить. Но попусту не дёргайте медицинский персонал. Этим вы вредите и себе, и людям.

— Людям-то я, может, и врежу, — хмыкнула она. — Но себе — нет.

— Вы зачем убедили медсестру вколоть себе антигипертензивный препарат? — спросил я. — Если у вас чувствительные сосуды, вы себя таким манёвром и убить можете. Прекратите оказывать давление на медсестёр. Отныне вы будете принимать только те препараты, которые назначает Накадзима-сан и я.

Якинори Момо долго смотрела мне в глаза. Её голова кивала в такт пульсу. Женщина делала это не специально. Это яркий пример, так называемого, симптома Мюссэ. Такое наблюдается у людей с нарушением работы клапана, который располагается между сердцем и самым главным сосудом — аортой.