Книга Спасите меня, Кацураги-сан! Том 07, страница 24 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

— Фурухата-сан, вы ведь понимаете, что так продолжаться не может? — спросил я.

— Вы это о чём, Кацураги-сан? — нахмурилась она.

— Вашему сыну, скорее всего, предстоит пройти через очень трудное лечение, — честно сказал я. — И ему понадобится поддержка, но не в виде постоянного подкармливания вредной пищей.

— Но Тошиваги-кун сказал, что так надо, — не поверила она. — Эту диету ему тренер советовал!

— Фурухата-сан, поймите, пожалуйста, меня правильно. У вашего сына откажет сердце из-за этой диеты.

Женщина прикрыла рот рукой.

— Что вы такое говорите? — испугалась она.

— А вас не смущает, что он уже не может ходить без одышки? — спросил я. — Сердце уже в очень плохом состоянии. Если мы сейчас же не направим все силы на лечение ожирения, остальные органы начнут отказывать.

Сердце и печень уже покрылись толстым слоем жира. Сосуды забиты атеросклеротическими бляшками. Желудок чрезмерно растянут, а другие органы работают на последнем издыхании.

— Пожалуйста, прислушайтесь к моим словам, — повторил я. — Нужно, чтобы у всех членов семьи было одинаковое мнение насчёт его ситуации. Иначе он будет искать слабое звено — человека, который продолжит его перекармливать. И этим человеком стопроцентно станете именно вы, Фурухата-сан.

— Х-хорошо, Кацураги-сан, — кивнула женщина. — Я подумаю над этим вопросом, обещаю вам.

— Кацураги-сан! — позвал меня Куришива. — У нас тут проблемы!

Я вошёл в комнату и обнаружил, что Тошиваги так до сих пор и не смогли уложить на носилки. Он уже весь взмок, а одышка многократно усилилась.

— Может, знаете какой-нибудь приём, как ему легче сделать? Или таблетку какую-нибудь дадите? — спросил сотрудник МЧС.

Моментально купировать одышку от хронической сердечной недостаточности ни одним лекарством не выйдет. Но Куришива прав, один способ у меня всё же есть.

— Тошиваги-сан, попробуйте дышать вместе со мной, — предложил я. — Сейчас я помогу вам прийти в себя. Готовы?

— Угу, — кивнул Фурухата Тошиваги.

— Вдох, — скомандовал я, выдержал паузу, а затем произнёс. — Выдох.

Мы провели несколько циклов дыхания один за другим, а я в это время стимулировал лекарской энергией работу его сердечной мышцы. Уже через пару минут кровообращение в лёгких пациента улучшилось, и он почувствовал, как мозг начал насыщаться кислородом.

— Получается, Кацураги-сан! — удивился он.

— Не переставайте дышать, — посоветовал я. — А вы, господа, кладите его на носилки.

Я шёл рядом с сотрудниками МЧС, продолжая подпитывать Тошиваги магией. Первой главной преградой оказался, как ни странно, дверной проём. Носилки в него пролезали, а Фурухата Тошиваги нет. Он оказался шире носилок и дверного проёма. Поэтому Куришиве, взяв согласие семьи Фурухата, пришлось оторвать дверной косяк, после чего наша команда продвинулась дальше.

— У меня для вас плохие новости, — произнёс фельдшер Нода Такео, который ожидал нас на лестничной площадке.

— Только не говорите, что нам ещё адресов накидали, несмотря на этот? — нахмурился я.

— Нет, ситуация с вызовами поутихла, — помотал головой он. — Взгляните сюда.

Фельдшер показал на объявление, которое висело на дверях грузового лифта.

«Лифт временно не работает».

— Да ладно⁈ — воскликнул Куришива. — А в пассажирский нельзя. Мы там носилки положить не сможем.