Книга Спасите меня, Кацураги-сан! Том 14, страница 45 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

Судя по всему, полицейские привезли его на освидетельствование, потому что он вёл себя, по их мнению, неадекватно. Само собой, могу их понять. Ведь он путается в собственных словах, утверждает, что крал и в то же время не крал. Никак не может объяснить, что с ним случилось на самом деле.

— Кстати, а в чём он провинился? — спросил офицера я, пока медсёстры проводили экспресс-тест на наличие наркотических веществ.

— Он зашёл в торговый центр и наворовал столько вещей, что в итоге даже не смог их унести, — ответил полицейский. — Его засекли камеры в шести магазинах. Телефоны, женское бельё, записные книжки, чипсы, газировка… В общем, набор приличный. Его задержала охрана торгового центра, и сразу после этого прибыли мы, — полицейский нахмурился, затем шёпотом спросил: — Кацураги-сан, вы уж извините за прямоту, но мне до сих пор непонятно, почему вы пытаетесь ему помочь? Он случайно не ваш знакомый?

— Нет, я даже имени его не знаю пока что, — ответил я. — Дело в том, что я уверен почти на сто процентов, что у этого пациента есть психическое заболевание.

— Хотите сказать, мы не туда его повезли? — удивился полицейский. — Нужно было сразу в психиатрическую больницу?

— Нет, сам по себе он не опасен, — ответил я. — Сильно сомневаюсь, что он может навредить себе, вам или окружающим. Подозреваю, что у него клептомания.

— Ой, да бросьте… — вздохнул полицейский. — Это ведь полностью его оправдает! Хотите сказать, что после вашего заключения выяснится, что он все эти вещи украл совершенно случайно?

— Не совсем так, — покачал головой я. — Его вина в этом есть в любом случае. Просто суду придётся учесть заключения врачей, так как в момент кражи этот человек вёл себя неадекватно.

— Все тесты отрицательные, — сообщила мне медсестра, — наркотических веществ не обнаружено.

— Отлично, а теперь позвольте мне побеседовать с пациентом. Минут пятнадцать — больше не потребуется, — произнёс я и расположился напротив мужчины, которого полицейские уже усадили на кушетку для больных.

— Назовите ваше имя и возраст, — принялся заполнять документацию я.

— Цукиёши Рюноскэ. Тридцать четыре года, — представился он.

— Цукиёши-сан, скажите, почему вы украли эти вещи? Советую говорить со мной честно. Я пойму, если вы лжёте, — произнёс я.

Не знаю, поверил ли он в мою проницательность, но этими словами я оказал на него дополнительное давление. Вряд ли у него теперь появится желание лгать. Ведь я для него — единственная надежда. Если не помогу я, то уже не поможет никто.

— Клянусь вам, Кацураги-сан, я не планировал их красть. Мне эти вещи в принципе не нужны и я… Я чувствую себя очень виноватым из-за того, что так поступил.

— Это произошло в первый раз, или ранее вы уже позволяли себе похитить чужие вещи? — спросил я.

Цукиёши Рюноскэ аккуратно перевёл взгляд на полицейских. Опасался, что его ещё по ряду дел проведут.

— Смотрите на меня, Цукиёши-сан. Не на них, — сказал я.

— Да, со мной уже такое было. И не один раз, — признался он. — Этот кошмар преследует меня уже два года. Только случается это не каждый день. Может, раз в месяц появляется такая потребность. Я ведь потом всегда стараюсь вернуть эти вещи или выбросить. Я никогда их не использую и не продаю.

— Тогда зачем вы это делаете? Можете описать, в чём ваша выгода? — поинтересовался я.