Книга Спасите меня, Кацураги-сан! Том 16, страница 59 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

— Тендо-кун⁈ Как ты нас нашёл? — воскликнул отец, а затем резко оскалился и перевёл взгляд на Кетсуро. — Я так и знал, что тебе не из клиники звонили! Ты меня сдал!

— А что мне ещё оставалось делать? — насупился дядя. — Кто-то должен был тебя остановить. Но ты ведь меня не слушаешь!

Пока отец с дядей не завязали драку, нужно было поскорее вытащить их из банка. Я понимал, что самостоятельно прервать их работу с менеджером не могу, поскольку тут установлены камеры, и сотрудники банка могут вызвать охрану, если я буду вмешиваться в дела их клиентов. Поэтому активировал «харизму», усилил своё убеждение, затем улыбнулся и произнёс:

— Прошу прощения за беспокойство. Мои отец и дядя неправильно меня поняли. Оформление должно было состояться в другом банке. Нас уже ждут там. Поэтому вынужден попросить вас прервать процесс.

Я понятия не имел, чем вообще тут занимается мой отец, но догадки уже появились, поскольку именно в этом отделе банка, судя по указателям, занимаются оформлением кредитов.

Моя «харизма» отлично подействовала и на сотрудника, и на родственников. Менеджер не стал ругаться, поклонился на прощание, а отец с дядей без лишних споров покинули здание банка вместе со мной.

Как только мы оказались на улице, я приступил к «допросу».

— А теперь объяснитесь, — велел я. — Куда вы втроём пропали? Где сейчас Хамабэ-сан, и что вы оформляли в банке?

«Харизма» до сих пор действовала, поэтому отец не пытался упираться. Сразу же выложил всё, что хотел от меня скрыть.

— Прости меня, Тендо-кун. Мы с Хамабэ-сан облажались, — вздохнул он. — Пошли за продуктами, начали обсуждать, что вам подарить на «юино». И осознали, что подарки у нас одинаковые. Оба купили комбу для Сайки и зачем-то приобрели по янаги-дару для тебя, хотя ты ведь не пьёшь!

Комбу — это сушёные водоросли, которые символизируют здоровых детей. А янаги-дару, если не ошибаюсь, это денежный подарок, который используется для покупки саке. Сейчас его дарят в виде сертификата в винно-водочный магазин.

Оба подарка свойственны для юино.

— Ну и что с того? — пожал плечами я. — Одинаковые у вас подарки или нет — какая разница?

— Большая, Тендо-кун, — нахмурился отец. — Ты — мой единственный сын. А Сайка-тян — единственная дочь у Додзена-сан. Мы не хотим облажаться перед свадьбой наших детей. В общем, в итоге мы решили докупить ещё по одному подарку. Хамабэ ушёл искать что-то для тебя в ближайший сувенирный магазин, а я… Ох, я решил подарить вам с Сайкой кинпо.

Кинпо? Подарочные деньги?

— Так ты для этого пошёл в банк? Чтобы взять кредит⁈ — воскликнул я. — Для кинпо не нужно столько денег. Что ты задумал на самом деле?

Отец стиснул зубы, зачем-то толкнул Кетсуро, проворчав: «Это всё ты виноват!» А затем произнёс:

— Ты прав, Тендо-кун. Дело не в кинпо. Я просто хотел полностью оплатить ваши затраты на свадьбу.

— И взять для этого кредит? Да я же только полгода назад закрыл все ваши долги, в которые вы влезли из-за моей учёбы в медицинском университете! Отец, пойми меня правильно, я очень ценю это, правда. Но влезать в кредиты из-за нас с Сайкой не надо. Я смогу самостоятельно оплатить свадьбу.

— А я тебе что говорил? — пробурчал Кацураги Кетсуро. — Парню не восемнадцать лет. Он уже себе карьеру построил. Хватит строить из себя героя, Сома.