Книга Спасите меня, Кацураги-сан! Том 18, страница 60 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

— Итак, Дзараки-сан, эту симптоматику сможет заглушить препарат, который я вам назначу, — расширяя сосуды головного мозга, произнёс я. — Метоклопрамид. Приходилось его принимать ранее?

— Да, кажется, мне вводили его внутривенно, — ответил он. — Когда я проходил химиотерапию.

Метоклопрамид — это противорвотное. Он блокирует рецепторы в рвотном центре и заглушает рвотный рефлекс. Его и вправду очень часто назначают после химиотерапии, поскольку вводимые вещества оказывает крайне токсичное действие на весь организм, и на головной мозг в том числе.

Проблема была решена даже быстрее, чем я думал. Я аккуратно сместил сосуды подальше от метастазов. Они тут же расправились, и качество кровообращения улучшилось. Осталось только заблокировать рвотный рефлекс — и качество жизни моего испытуемого временно улучшится.

Я выдал Дзараки рецепт на метоклопрамид, а затем достал из упаковки блистер с таблетками «Онкокура-2» и протянул его пациенту. На моём столе уже стоял заготовленный стакан воды.

— Вы готовы, Дзараки-сан? — спросил я. — Понимаю, что это волнительно, но вы обязаны попробовать.

— Если честно, я боюсь, Кацураги-сан. Знаю, что это нелогично, но опасаюсь, что это лекарство ещё сильнее сократит мне жизнь. А мне и без него недолго осталось, — продолжая время от времени заикаться, произнёс он.

— Я не могу вас заставить. В теории вы имеете право покинуть клинические испытания в любой момент. И никто вас остановить не сможет. Просто расторгните договор — и всё. Но я бы не стал этого делать на вашем месте. Это и вправду очень хороший шанс для вас. Возможно, единственный. Со своей стороны я могу пообещать, что сделаю всё возможное, чтобы облегчить ваше состояние в процессе.

Дзараки долго думал. Молча смотрел на таблетку, лежащую на его ладони. Однако я почувствовал, что он успокоился. И как только симпатическая нервная система потеряла власть над его разумом, он резко выдохнул, закинул таблетку в рот и тут же запил её водой.

— Я верю вам, Кацураги-сан, — вернув мне блистер со стаканом, произнёс он. — Если станет хуже, я обязательно с вами свяжусь, как и договаривались.

Я ещё раз проверил состояние Дзараки Коджи, убедился, что он пока что не нуждается в госпитализации, после чего отправил мужчину домой. Затем заполнил отчётный протокол и отправил его Эитиро Кагами. Вот и пошёл процесс… И соревнование клиник, и клинические испытания постепенно переходят к самому разгару.

До конца рабочего дня осталось всего лишь полчаса, и это время я решил посвятить подготовке к предстоящему расследованию.

Мы с Камадой Кеничи пришли к выводу, что нас пытается вытеснить из лидирующей тройки главный врач неврологической клиники района Накано.

И первый шаг, который я должен сделать — связаться с Куросики Теппеем. Если этого пациента и вправду подговорил наш конкурент, значит, дальнейшее расследование закрутится очень быстро.

На часах восемь вечера. Да, уже поздно, но думаю, Куросики в любом случае разозлится, если я позвоню, независимо от времени.

Я набрал номер пациента, прослушал чуть больше пяти гудков. И наконец, по ту сторону телефонной линии послышалось уставшее «Алло».

Моя рука тут же сжала артефакт «компас», и я приступил к беседе, которая может перевернуть ход соревнований.