Книга Чокнуться можно! Том 3, страница 80 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

И самое неприятное — интеллект и логика начинают работать ради подпитки этого бреда. Многие думают, что шизофреники быстро тупеют, но на самом деле это не так. Интеллект длительное время сохраняется и служит чем-то вроде дров для развития бредового состояния.

Где спрятаться от тех, кто следит? Там, где тихо, темно и нет людей — всё логично. Дома это была кладовка. Здесь, в незнакомом здании, пациент постарается найти нечто похожее. Скорее всего, он уже нашёл и скрылся там ото всех.

Очевидно одно — на улице его искать нет смысла. Туда он точно не пойдёт. Открытая местность, обилие людей — это для него некомфортная среда.

Он всё ещё здесь, в здании поликлиники. И это — хорошие новости. Значит, зона поиска ограничена. Я его найду.

— Оставайтесь здесь, — сказал родственникам я. — За мной не ходите. И пожалуйста, не зовите его больше. Так вы наоборот вынуждаете его притаиться. Присядьте и переведите дух. На улицу он не выйдет, охрану я предупрежу.

— Вы… вы уверены? — прошептала женщина.

— На все сто. Скоро он будет здесь.

Я позвонил в службу охраны, а затем принялся осматривать коридор за коридором. Времени у меня было мало. Скоро приедет машина, которая должна транспортировать Богданова в Саратов. Кроме того, у меня приём идёт вовсю, пациенты ждут. Но бегать нельзя. Быстрые движения могут спугнуть пациента, поэтому лучше передвигаться по поликлинике неспешным шагом.

Я осмотрел процедурный кабинет, туалеты, большую часть кабинетов первого этажа. Но всё тщетно. Действительно, как сквозь землю провалился. Но я сомневаюсь, что он убежал далеко. У него не было времени скрыться на верхних этажах.

И вскоре я нашёл идеальное место. Будь я психом с бредом преследования — именно здесь бы и спрятался! Так, о чём я вообще думаю? Постоянно допускаю эту ошибку… Нельзя себя ставить на место больного. Меня учили, что такая методика может подпортить психическое состояние самого врача.

Коридор свернул в дальнее крыло поликлиники. Сюда пациенты обычно не заходят. Да и делать им тут нечего. Здесь всего три помещения: хозяйственный склад, электрощитовая и каморка уборщиц. Окон нет, так ещё и лампа толком не работает. Тихо и темно — лучше места не придумаешь.

Я остановился около приоткрытой двери подсобки, прислушался.

Изнутри доносился быстрый шёпот. Я сразу понял, что мужчина переговаривается с несуществующим собеседником.

Отлично, нашёлся всё-таки!

— … нет, я им не дамся… не дамся… они думают, я дурак, а я всё понял, всё про них понял… — бормотал он. — Тихо, тихо, тихо…

Но быстро вбегать в подсобку нельзя. Последнее, что мне сейчас нужно — это перепуганный пациент с нестабильной психикой.

Поэтому я начал аккуратно открывать дверь. Настолько медленно, насколько это было вообще возможно. И через полминуты я увидел Богданова.

Сергей Анатольевич сидел на полу. Втиснулся в угол между швабрами и коробками с дезинфицирующими средствами. Старался занимать как можно меньше пространства, подтянул колени к подбородку, а спиной упёрся в стену. Взгляд его лихорадочно метался из стороны в сторону. Он то прислушивался к «кому-то», то отвечал на вопросы.

Однако его разговор с галлюцинациями закончился сразу же, как он только заметил моё появление.

— Стоять! Стой там! Не подходи ко мне! — взвизгнул он. — Я тебя знаю! Помню… Ты ведь от них пришёл, да? Это они тебя за мной прислали!