Книга Последний Охотник на Магов. Том 1, страница 44 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

Кстати, о зельях… Головная боль возвращается, мне нужна добавка. Плевать на побочки, боль надо унять и как можно скорее. Вот почему на территории академии нет банальной лавки с зельями? Хоть самому организовывать, честное слово.

— Алексей, рад был поболтать, — остановившись у входа в корпус, сказал я. — Мне нужно с одним делом разобраться. Увидимся на занятиях!

Здоровяк махнул мне рукой и исчез в толпе студентов.

Я быстро прошмыгнул за угол, Николай всё ещё ждал меня там.

— Ты чего тут прячешься? — спросил я. — Я твой взгляд за версту чую.

— Я вижу, ты уже взял быка за рога, — хитро ухмыльнувшись, сказал Николай.

— Не понял. Ты это о чём?

— Я про Ковтунова, — пояснил Бродский. — А я и не думал, что ты такой расчётливый тип, Володь. Хотя, после вчерашней игры стоило бы догадаться.

— Коля, я начинаю подозревать, что это ты — Мастер Тайн. Изъясняйся чётче!

— Ну что тут непонятного? — пожал плечами Николай. — Ты уже приступил к плану: «захватить комнату Алексея Ковтунова любой ценой»!

— Нет, я приступил к плану: «сходить на отработку по истории», — ответил я. — С Ковтуновым случайно столкнулись. Погоди… В каком смысле — захватить комнату? Коль, ты что задумал?

— Нам нужен прямой доступ в Тайное Убежище. Судя по всему, Мастер Тайн раньше жил именно в комнате Ковтунова. Нужно как-то убедить его оттуда съехать, — объяснил свой план Николай.

Про комнату и у меня были планы после разговора с наглым голубем. Но я планировал заняться этим позже. Но видимо, не выйдет. Николай теперь точно не отстанет с этим вопросом.

— Слушай, Коль, я с ним пообщался и что-то не сильно горю желанием вредить ему. Он вроде неплохой парень. Выдворять его из комнаты — это уж слишком. Тем более, если ты не в курсе, дверь в обратную сторону открывается только ключом.

— Блин! — разочарованно взмахнул руками Бродский. — И что же нам тогда делать?

— Есть и хорошие новости. Ключ от двери я добыл, — сказал я. — Но проблему Ковтунова нужно решить как-то по-другому. Давай не будем вести себя подло. Равняться на Павла Мясникова нам ни к чему.

— Эх, и то верно, — вздохнул Бродский. — Ладно, что-нибудь сочиним! Пошли на занятия.

Уже на входе в аудиторию нас настигло цоканье каблуков, которое явно предвещало беду.

Этот звук я узнаю из тысячи. Юлия Колокольцева.

— Ага! Прогульщики! — воскликнула девушка. — Так и думала, что вы объединились. Бродский, тебя почему вчера не было на последних парах?

Началось. Колокольцева больше всего на свете напоминала мне очень красивую, но назойливую муху.

«Жу-жу-жу, прогульщики, жу-жу-жу, я староста». Жутко непривычно. У нас в ордене были женщины, но указывать мужчинам они себе никогда не позволяли.

Придётся напомнить об этом здешним дамам. Но мягко и постепенно, чтобы ещё и среди них не нажить врагов.

— Я… Мне не здоровилось, — неуверенно оправдался Николай.

— Я уже навела справки, — мигом отреагировала на ложь Колокольцева. — В медпункте ты не появлялся.

А ведь он пары из-за меня пропустил. Полдня убил на варку зелий. Надо спасать товарища от злобной сирены.

— И ты тоже хорош, Владимир! — воскликнула она. — Ты же собирался реабилитироваться. Зачем водишь дружбу с такими, как Бродский?

— Попрошу не оскорблять моего товарища, — указал я. — Николай вчера действительно пострадал. Я лично сопровождал его до общежития.