Книга Последний Охотник на Магов. Том 3, страница 90 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

На этом я решил закончить этот разговор. Из портала ещё долго доносился голос Тёмного Мира, но с меня было достаточно контактов с чужеродной магией. Я вновь спрятал Серебряное Зеркало в потайной комнате и на всякий случай покрыл сундук дополнительной защитой из отражения.

Артефакт был восстановлен, но душа, что была сокрыта в нём, больше со мной не заговаривала. Должно быть, на восстановление сознания этого фоба уйдёт какое-то время.

Хватит с меня откровений. Этот день и так слишком затянулся. Пора бы и отдохнуть.

Я вернулся в общежитие и быстро заснул. Спать оставалось всего ничего, уже через четыре часа я был вынужден подняться на занятия.

Все мои соратники выглядели вымотанными, а Бродский и вовсе не пришёл на пары. Бить тревогу не стоило, Николай явно не смог прийти в себя после всего произошедшего прошлой ночью. И это он ещё не был с нами в Тёмном Мире!

Однако я и сам мысленно был совсем не на занятиях. Даже интереснейшие лекции стихийника профессора Сокольникова пролетали мимо моих ушей.

Я не мог перестать думать о разговоре с Тёмным Миром. Меня не столько удивлял самфакт наличия сознания у этой сущности, сколько слова, что онамне сказала.

Среди людей есть человек, который поддерживает Тёмный Мир. Кто-то хочет помочь ему разрастись и прорваться в наш мир. Но кому, чёрт подери, может прийти в голову такая безумная затея⁈ Только совсем ополоумевшему тёмному магу!

Если такой психопат шастает где-то среди нас, он уже давно должен был выдать себя тёмной магией. Светлый День — не Орден Охотников на Магов, но и они не дремлют. Тот же самый Александр Пересветов — далеко не дурак. Он бы запросто вычислил такого мага, не говоря уже о верхушке организации.

Однако этот прислужник Тёмного Мира запросто может использовать чёрные кристаллы по типу того, которым я восстановил зеркало. Он может ходить между тёмной и очищенной магией и оставаться незапятнанным.

Если этот человек действительно существует, очень высок риск, что именно он и убил Андрея Робертовича Пересветова — нашего ректора. Жаль, я не смогу убедить в этом Александра Пересветова. Нужны веские доказательства, чтобы оправдать Быкова. Который, между прочим, пропал!

— Владимир, не могли бы вы подойти ко мне? — позвал меня профессор Сокольников после занятия.

— Да, профессор? — устало спросил я, остановившись около кафедры лектора.

— Вижу, что одному из моих лучших студентов, становится скучно на лекциях, — подметил он. — Что-то стряслось?

— Благодарю за похвалу, профессор, — кивнул я. — Нет, мне вовсе не скучно. Просто с темой я уже знаком.

— Да ну? — улыбнулся Сокольников. — Я и не сомневаюсь, Владимир. Вы меня уже много раз убеждали в своей прилежности. И я позвал вас к себе не ради проверки знаний. Просто…

Сокольников внимательно осмотрелся, дождался, когда все студенты покинут аудиторию, а затем продолжил:

— Просто хотел бы, чтобы впредь вы вели себя осторожнее, — серьёзным тоном заявил он.

— Вы это о чём? — аккуратно спросил я.

— Не стоит скрывать от меня, Владимир, — попросил профессор Сокольников. — Мне известно, что это вы спасли Аркадия Сергеевича Быкова от заключения.

Сердце пропустило пару ударов. По телу рефлекторно пронеслась волна импульсов, и мышцы приготовились к бою. Я сделал глубокий вдох и сдержал в себе порыв, которым мог инстинктивно навредить старику.