Книга Наёмник, страница 72 – Алексей Аржанов

— Нет. Не выжить. Переродиться. Он – самый хитроумный и отвратительный маг из всех, кого я знаю. Следовало ожидать, что он не проиграет сломанным полным отчаяния детям.

На пару минут наш разговор прерывается. Идеальную тишину ночи нарушает лишь шум водопада и всхлипы Апельсинки, которую явно расстроил рассказ о прошлом её наставницы.

— Что за медальон я тебе притащил? – спрашиваю я.

— Прокляни меня Акаир, – тихо выругивается Перо. – И о чём она думала, когда отдала его тебе…

— Мы с Апельсинкой её ученики. Она нам доверяет, – отвечаю я.

Перо достаёт из кармана медальон и задумчиво крутит его в руках.

— В нём наша с Биатрой жизнь, – заявляет Перо Церконус.

— В каком смысле?.. – впервые вмешивается в разговор Апельсинка.

— В самом прямом. Покинув приют, мы создали с ней этот медальон в знак клятвы: «После всего, что с нами случилось, проживём эту жизнь и умрём в один день, когда медальон раскроется. Раскрыть его может только один из нас». Глупо звучит, да? Когда создавали это заклятье, решили, что друг без друга жить нам нет никакого смысла.

— Романтичная история,– заявляет Ни.

Ни, ты совсем ебанулась? Сплошной депресняк, какая ещё романтика?

— Вы с Красоткой… – спрашивает Апельсинка. – Любили друг друга?

Перо невольно улыбнулся.

— Нет, что ты. Мы всегда были очень хорошими друзьями. Очень близкими. Как брат и сестра.

— У меня такой брат, что я его задушить порой хочу самолично, – вспоминает Скорострела Апельсинка. – Так что такие сравнения мне не понять!

— Позже у меня появилось нечто столь же важное, сколь важна и Биатра, – говорит Перо. – Это Братство Ястреба. Я стал его частью, а вскоре дослужился до звания Старшего Кинжала. Теперь ты понимаешь, Лун, перед каким выбором я встал? Убью Гиперикума и наврежу Братству; сохраню ему жизнь – и оскверню все наши с Биатрой клятвы. Оскверню всё, что мы пережили.

Я размахиваюсь и изо всех сил ударяю Пера кулаком по лицу. Тёмный маг отлетает в сторону и падает на задницу. Апельсинка испуганно вскрикивает. Какое-то время Церконус ошарашенно смотрит на меня, держась рукой за разбитую щёку.

— Зачем?.. – спрашивает он, похоже, даже не зная, как реагировать.

— Ты – просто трус, – восклицаю я. – Выбирая между двумя дорогими тебе сторонами, решил не выбирать вовсе и просто свалил!

Церконус поднимается на ноги, не отводя от меня широко раскрытых глаз.

— Ты – лидер, твою мать! – продолжаю я. – Это – решение лидера?! Да твой поступок обесценивает вообще всё, что ты делал до этого!

Перо налетает на меня и бьёт по носу. Я отскакиваю в сторону, но не теряю равновесия. Решил посоревноваться со мной в кулачном бою? Большая ошибка, Старший Кинжал.

Я наношу ещё один удар, и получаю под дых; бью третий раз, и мне прилетает в глаз; бью четвёртый, пятый, шестой, седьмой…

Не знаю, сколько проходит времени, но наши избитые тела падают на землю рядом друг с другом. Апельсинка стоит рядом, боясь лишний раз пошевелиться.

— Захочешь кого-нибудь прикончить – подерись со мной, – говорю я. – Это тебя охладит.

— Ты слишком… хорошо дерёшься. Почти как Зануда, – гнусаво отвечает Перо, потирая опухший нос.

— Обращайся, мать твою, – я поднимаюсь и сплёвываю кровь на землю. – Пойдёшь с нами или как?

Значок на груди Пера вспыхивает, озаряя берег серебристым сиянием.