Книга Невинная. Во власти бандита, страница 97 – Мия Бравос

Осознание приходит постепенно, превращая меня в тонкую материю без оболочки.

Глеба больше нет.

Мой мир разрушен до основания.

Не хочу жить без него.

Не буду.

Без него нет смысла.

Ульяна

Время от времени я прихожу в себя. Выплываю из забытья. Мы изредка останавливается в гостиницах и придорожных кафе. Унылый пейзаж за окном внедорожника наводит тоску и не обнадёживает. Мне все кажется, что я скоро проснусь, вынырну из беспросветной тьмы. Но увы, мой кошмарный сон бесконечен как круговорот жизни. Счастье было так близко. Понимаю, что я всё разрушила. Я не виню Егора. Нет. В том, что произошло лишь моя вина. Слезы копятся в глазах и градом катятся по лицу, отуманивая разум. Я неудержимо рыдаю.

Мужчины поочередно сменяют друг друга за рулем.

— Когда мы приедем? — шепчу осипшим голосом. Мои губы пересохли и местами потрескались.

Утыкаюсь лицом в мужское плечо. Жмусь бездомным котенком в поисках тепла.

— Завтра, — тихо отвечает Багир, протягивает бутылку воды. Делаю пару глотков. Вода стекает по подбородку и груди. Волосы прилипли к влажному лицу. Долматов убаюкивает меня, уложив голову на свои колени. Погружаюсь глубоко в рассуждения о своей жизни без Глеба и того не желая, засыпаю.

К концу пятых суток пересекаем границу южной республики.

За окном внедорожника мелькают пожелтевшие деревья и дома. Жаркое лето сменилось унылой осенью. Слезы непрерывным потоком продолжают течь по щекам. В душе пустота и бесконечная усталость.

На дороге мы абсолютно одни. Вокруг горы и многочисленные ущелья. Вскоре трасса заканчивается, и машина съезжает в лес. Дорога петляет по ущелью забираясь все выше и выше.

— Здесь я родился, — пошатываясь, переступаю порог дома в родовом ауле Тохаева. Он маленький, но очень уютный. В деревянные окна проникает солнечный свет. К нашему приезду родственники Асхата подготовили его к проживанию, купили все необходимое.

Проходит неделя. Братья не дают чувствовать себя одинокой. Стараются изо всех сил не дать мне впасть в уныние и депрессию. Боятся, что я натворю глупости. Первые несколько дней не оставляют меня даже ночью. Поочередно дежурят у кровати.

— Совсем не спала сегодня?

Багир заходит в комнату. Мотаю головой.

Не спала. Все думаю. Плачу. Размышляю о своей роковой ошибки. Прокручиваю в голове нашу последнюю встречу. Глеб уехал ранним утром. Я долго смотрела в след отьезжающего автомобиля через окно второго этажа. У меня никак не получается вспомнить, что он сказал, прощаясь. Жизнь без Норманна пустая. Дневной свет померк. Его было слишком мало в моей жизни. А теперь я вовсе одна в холодной постели.

Пойдем завтракать. Твой старший брат с утра на кухне орудует, — из коридора доносится шум. Я тут кое-что прикупил для тебя, — протягивает пакет с вещами.

В пакете обнаруживаю темно-голубой спортивный костюм, футболку и белоснежные кроссовки моего размера. Почему-то чувствую неловкость. Вещей у меня совсем немного, но попросить обновить гардероб мне банально стыдно. Я ведь и так доставляю слишком много хлопот. Костюм отлично смотрится, невероятно мягкий и приятный к телу.

Когда захожу на кухню, мужчины уже сидят за столом.

— Съесть надо всё, — Асхат кладет передо мной горячие лепешки и стакан какао. Он суетится у маленькой плиты, достает из духовки творожную запеканку.