Книга Прости меня. Пять лет спустя, страница 30 – Мария Свами

Он отвернулся, сделал глоток виски и сжал бокал так сильно, что костяшки побелели. «Хорошо, — подумал он. — Если это начало, то пусть будет так. Посмотрим, каков будет конец».

— Отец, ты где? — глухо спросил Глеб, окидывая взглядом заполненный гостями зал. Музыка приглушённо гудела где-то на фоне, голоса сливались в монотонный гул. — Вечер уже начался, народу тьма. Давай приезжай.

— Да, сын, — поспешно ответил Миллер-старший, и сквозь треск помех в трубке Глеб уловил мамин голос — она что-то говорила отцу на заднем плане. — Мы с мамой в пробке застряли, но ещё пять минут — и будем на месте. А ты пока гостей развлекай.

Глеб усмехнулся, опустив телефон, и на мгновение прикрыл глаза. «Развлекай гостей», — эхом отозвалось внутри. Как будто это так просто — улыбаться, шутить, поддерживать светские беседы, когда на душе скребут кошки. Он провёл ладонью по лбу, чувствуя, как напряжение стягивает мышцы.

— Ага, как будто мне до развлечений, — проворчал Глеб, убирая телефон в карман.

Он огляделся. Рядом пара оживлённо обсуждала новый ресторан в центре города, чуть дальше группа мужчин громко смеялась над какой-то шуткой, а у бара молодая женщина в сверкающем платье кокетливо наклонилась к бармену. Всё это казалось ему каким-то ненастоящим — будто декорации к спектаклю, в котором ему отведена роль, которую он не выбирал.

— Ну как, Глеб, всё в порядке? — спросил отец, почти бегом влетая в зал ресторана. Его пиджак был слегка растрёпан, а галстук чуть сбился набок — видно, спешил. — Ого, гостей, я вижу, немало. А «Монолит» здесь?

— Да куда ж он денется, — хмуро отозвался Глеб, не отрывая взгляда от зала. — Да только тут один Берестов, хозяина нет. А я так хотел пообщаться с тем, кто там всем управляет.

— Ну ничего, с нас и Берестова достаточно, — спокойно сказал отец, похлопав сына по плечу. — Главное — держи марку. Мы здесь не просто гости, а партнёры.

— Глебушка, ты какой-то бледный, — вмешалась мать, заботливо заглядывая сыну в глаза. Она поправила лацкан его пиджака, словно это могло что-то исправить. — Вроде здесь праздник, а ты невесёлый.

Глеб усмехнулся, но улыбка вышла горькой.

— Нет, мама, это не праздник, — произнёс он тихо, но твёрдо. — Это сборище толстых кошельков, которые сейчас начнут грызться за самый лакомый кусок. И каждый будет улыбаться в лицо, а в спину — нож.

Андрей Артурович строго посмотрел на сына:

— Сын, ты мне не нравишься. Что с настроением? Мы же вроде договорились — сегодня выкладываемся по полной. Этот вечер может многое решить для нашей компании.

Глеб сжал челюсти, но кивнул:

— Ладно, пап, всё нормально. Я справлюсь.

В этот момент Светлана Николаевна вдруг побледнела и прислонилась спиной к огромной мраморной колонне, тяжело дыша.

— Светочка, что с тобой? — Андрей подбежал к жене, подхватил её под локоть. — Тебе плохо?

Светлана Николаевна только помотала головой, жадно хватая воздух мгновенно пересохшими губами. Её пальцы судорожно сжали рукав мужа.

— Там… там… — женщина протянула руку и показала в другой конец зала. — Лиза, — наконец выдохнула она.

Андрей Артурович сурово посмотрел на Глеба и, покачав головой, повёл жену к фуршетному столу. Там он налил воды в бокал и подал ей, мягко поддерживая за локоть.