Книга Дикие глаза, страница 153 – Элси Сильвер

— Знаешь, я не собираюсь тебе лгать. Это довольно плохо.

Мой желудок сжимается, как будто я участвую в ужасном карнавальном катании.

— Круто. Мне это нравится.

— Я бы пришла раньше, но Уэст ведет себя как гребаный волк, защищающий свою берлогу. Он сказал мне, что ты хочешь побыть одна, и не пустил меня к себе.

— Я действительно сказала ему об этом.

Она фыркает.

— Что ж, он серьезно отнесся к своим обязанностям. Он ухаживает за лошадьми, патрулируя границы участка.

У меня на глаза наворачиваются слезы. Какой хороший человек. Какой же ты хороший, чёрт возьми. И как же неудобно патрулировать собственный дом.

— Мне нужно нанять охрану.

— Форд уже это сделал.

Я сжимаю губы, чтобы сдержать рыдание.

— Можно тебя кое о чем спросить?

Я быстро киваю, не решаясь заговорить.

— Тебе нравится быть знаменитой?

— Не сейчас.

— Тебе когда-нибудь нравилось?

Теперь я усмехаюсь.

— Конечно, да. Я... должна была...

— Например, какие части?

Взгляд Рози блуждает по моему лицу, пока я пытаюсь вспомнить, что в моей жизни мне действительно нравилось.

— Мне нравится петь.

— Ты можешь петь в церкви, Скайлар. Что заставляет тебя хотеть выступать? Продавать музыку? Давать интервью? Быть на виду?

— Я… — мой рот открывается и закрывается, пока я лихорадочно ищу ответ. Его не должно быть так трудно найти. На самом деле, я настолько хорошо разбираюсь в медиа, что могу процитировать все ответы, которые люди хотят услышать.

Я люблю своих фанатов.

Каждый раз это волнительно.

У меня лучшая работа в мире.

Но ни одна из них не кажется настоящей.

— Я… думаю… думаю, что я всегда так делала. Мне говорили об этом в детстве. Всё началось с конкурсов красоты и модельного бизнеса, а потом пошло как снежный ком.

Рози кивает, наклонившись вперёд и перебирая пальцами камешки у своих ног.

— Тебе кто-нибудь говорил, что ты не обязана это делать? Тебе не обязательно продолжать заниматься этой работой, если она не приносит тебе радости.

Это делает меня несчастной. Мне плохо.

Я шепчу:

— Нет. Никто никогда не говорил мне этого.

Рози садится и смотрит мне в глаза.

— Скайлар, за свою короткую жизнь ты сделала больше, чем большинство людей успевают сделать до смерти. Сколько денег тебе нужно, чтобы жить комфортно? Счастливо?

— Я... — я качаю головой. — Дело не в этом.

— Тогда в чем дело?

Я не отвечаю ей, потому что не знаю. Никто никогда не спрашивал меня, чего я хочу, когда дело касается моей работы.

Она берёт меня за руки и сжимает их, глядя мне в глаза.

— Ты можешь уйти.

Я делаю вдох.

— Я знаю, что тебе не нужно моё разрешение. Но это нормально — начать всё с чистого листа. Нормально петь. Чёрт, нормально записывать и выпускать песни для себя, а не для кого-то ещё. Ну и что, что они не попадут в чарты? Тебе не нужно кормить эту машину всю оставшуюся жизнь. Особенно когда она явно тебя убивает. Ты могла бы быть здесь и быть здоровой.

Безмолвные слёзы катятся по моему лицу, пока я сжимаю её руки в ответ.

Если бы всё было так просто.

Может, для меня было бы полезно остаться здесь, но как же все остальные?

Когда я слышу, как открывается и закрывается входная дверь, я морщусь. А затем оглядываюсь на своего сына, которого я забрал из школы с разбитой губой и синяком под глазом.

Его взгляд скользит по мне и опускается обратно. Эмми сидит за кухонным столом рядом с ним, пристально смотрит на меня и держит его за руку, как будто она единственная, кто защитит его от неприятностей.