Книга Развод. Ты мое спасение, страница 62 – Мира Спарк

Варю яйцо, пью чай стоя. Надеваю джинсы, свитер, кроссовки — все, в чем можно быстро двигаться.

Выбегаю из квартиры, уже на лестнице понимаю, что не продумала план. Совсем. Что я ищу? Где? Как долго смогу быть там?

И тут же новая мысль прожигает: а если мать поменяла замки и там? Как в моей квартире?

Жар обдает лицо, шею. Останавливаюсь на полпути, хватаюсь за перила.

Потом выдыхаю. Буду разбираться по мере поступления.

Главное — не останавливаться.

Метро в утренний час — людская река, которая несет меня по эскалатору к поезду. Сжимаю поручень и смотрю в темноту тоннеля.

Мысли мечутся, как пойманные рыбки: мать, Адам, Давид, ребенок.

Кто говорит правду? Кто манипулирует? Кому можно верить?

Я вспоминаю вчерашний разговор с Адамом.

Он отговаривал меня говорить Давиду о беременности. Как он жестко сказал: «Мужчина, который хочет быть отцом, будет им, даже если ему не говорят».

Может, он и прав. Может, его слова — это забота.

А может, ему выгодно, чтобы Давид не знал.

Я сжимаю телефон в кармане куртки. Пальцы нащупывают холодный пластик.

И вдруг, повинуясь какому-то внутреннему толчку — словно в пику его рассуждениям, словно проверяя саму себя — достаю телефон.

Открываю диалог с Давидом. Последнее сообщение, которое я ему отправляла: про вещи — оно так и осталось недоставленным.

Печатаю быстро, не давая себе времени передумать:

«Я беременна от тебя».

Отправляю.

Смотрю на экран — сообщение улетает.

Сердце колотится где-то в горле. Но на душе вдруг становится легче.

Легкость длится секунду.

А в следующую — телефон вздрагивает входящим…

* * *

Дорогие читатели!

Еще раз хочу извиниться за сбившийся из-за поломки ноутбука график — наверстываю изо всех сил!

Также хочу пригласить вас посмотреть другие мои книги — многие сейчас в прокате, а значит прочитать их можно со скидкой в 50 %.

https:// /shrt/AfJZ

И еще я хотела спросить? Хотите промокоды на другие мои книги?)

Надежда

…Входящим смс.

Вагон покачивает. Я смотрю на экран, и буквы плывут:

«Ты серьезно?? Только не это!»

Ни одного слова, которое я хотела бы увидеть — только экспрессия в коротких фразах.

Не «как ты?», не «ты в порядке?», не «давай встретимся, поговорим?». Даже не «позвони».

Только испуг. Только отторжение. Будто я сообщила ему не о ребенке, а о смертельной болезни.

Пальцы холодеют. Телефон тяжелеет, выскальзывает, но я сжимаю сильнее.

Боль приходит не сразу. Сначала — вакуум. Пустота, в которой нет ни звуков, ни мыслей.

Потом горячая, удушающая волна поднимается от груди к горлу.

Мне хочется выбросить телефон. Хочется закричать, провалиться сквозь пол вагона, сквозь землю, сквозь все, что есть, лишь бы не чувствовать этого.

Зачем я написала? Зачем?

Адам был прав. Он сказал: не надо. Сказал, что мужчина, который хочет быть отцом, найдет способ. А тот, кто не хочет — будет увиливать.

Давид даже не увиливает. Он просто в ужасе. Как будто я сообщила о бомбе, заложенной под его новую идеальную жизнь.

Сжимаю зубы. Внутри все кипит — от стыда и боли, от злости на себя.

Какая же я дура. Послушалась внутреннего порыва, а надо было слушать голову. Хотя бы чуть-чуть.

Поезд тормозит. Объявляют мою станцию.

Люди текут мимо, задевают плечами, но я не двигаюсь. Стою у поручня, сжимая его так, что костяшки белеют.