Книга Бухгалтер для Босса, страница 35 – Никки Зима

Не помню, есть ли стерильные марлевые салфетки. Походу, придётся брать отпуск за свой счёт…

Но тут случается то, чего в моей жизни не было никогда.

Меня подхватывает поток. Я уже не пикирую вниз мордой лица, а парю.

Ну ладно, не поток, а сильные мужские руки!

Блин! Как же это приятно ощущать, когда мужчина способен удержать тебя и не дать упасть!

Блииин, я прям чувствую эту силищу. «Меня трудно найти, легко потерять, и совсем невозможно у-дер-жать!».

В смысле физически.

Я хотела бы смаковать и смаковать это ощущение полёта, но вовремя вспоминаю, что я с новым боссом и выгляжу я в этой ситуации, скажем так, не очень сексуально.

— Что вы меня хватаете! — я выравниваю корпус и строго щурюсь на Мещерякова, — Каналья!

Надо отдать должное его выдержке. На его лице ни единого движения мускулов.

Он убеждается, что я крепко стою на своих двоих, только затем отпускает руку.

— Простите, мне показалось, что…, — он деликатно умолкает, — но теперь я вижу, что был не прав и с вами всё в порядке.

Ладно, может, и прощу ему грубости в офисе. Всё-таки приятно общаться с таким сильным, грубым и в тоже время галантным мужчиной.

Он смотрит на здание. Я вспоминаю, зачем мы сюда приехали.

— Похоже, тут нет никакого «Аква-Сервиса», — задумчиво сообщаю я, разглядывая забитые окна, — здание заброшено или ожидает реставрации.

К великому сожалению, констатирую, что я забываю французский и ко мне возвращается способность говорить по-русски.

Мещеряков кивает.

— Вижу. Но нужно обойти строение, вдруг с торцов или со двора есть вход в какой-нибудь офис.

— Пошли, — уверенно соглашаюсь я.

Со двора вижу московский палисадничек, такие всё ещё во множестве сохранились в центральных и не очень районах столицы.

По периметру стоят жилые дома то ли сталинских, то ли более поздних времён из бежевого блока.

Если бы не заброшенный особняк, то квартал можно было бы даже назвать уютным.

Я-то думала, что мы просто обойдём здание и, убедившись, что там никого нет, уедем.

Но оказывается, я совсем не распознала характер Максима Дмитриевича.

Ему, видимо, мало убедиться, что по внешним признакам здание необитаемо, ему хочется осмотреть его изнутри.

И Мещерякова совершенно не смущает, что внутри пыль, грязь и тонны паутины.

Я терпеть не могу пауков и паутину.

— Вы уж меня извините, Максим Дмитриевич, но я внутрь не пойду.

Он пожимает плечами, разворачивается и направляется к ближайшему подъезду с сорванной с петель дверью.

В этот момент я слышу два старческих осуждающих голоса за спиной.

— Ты смотри, Петровна, ишь как вырядились…

— На наркоманов не похожи… Хто ж их сейчас разберёт, Семёновна…

— Да трахаться они идут! — уверенно утверждает та, которая Семёновна…

— Ни стыда ни совести!

Я оборачиваюсь и вижу на скамеечке в палисаднике двух старушек в платочках. Аккуратненькие.

Выглядят именно так, как их описывают девушки, совершенно незаслуженно получающие клеймо «проститутка!» у подъезда.

Ах, вы мои хорошие.

Я, может быть, и согласилась бы с вашим развратным предложением, но точно не в руинах, которые могут рухнуть от одного моего присутствия.

Чего уж говорить о более интенсивных физических упражнениях.

Натягиваю улыбку, делаю вид, что ничего не слышала, подхожу и здороваюсь.

— Здравствуйте, простите, пожалуйста, мы тут фирму ищем по этому адресу. «Аква-Сервис» называется. Не слышали?