Онлайн книга «Бухгалтер для Босса»
|
— Три ваших текущих оклада вас устроит? Плюс премии? — спрашивает меня противник Мещерякова, пытающийся завербовать такое золотце, как я. Почему я уверена, что я золотце? Модельной внешности у меня нет. Папы в министерствах тоже… А просто так три оклада не предлагают. Думаю, надо потребовать, чтобы Мещеряков мне повысил оклад после всех этих пертурбаций с мастурбациями. — Ваше предложение очень ценно для меня, но я подумаю, господин Ноткин. Мне кажется, он в ярости, трубка в его руках накалилась до красна и плавится. — Это значит нет? Вы отказываетесь? — звучит его раздражённый голос. Йес! Я улыбаюсь, одновременно приподнимаю колено, опускаю локоть, будто срываю стоп-кран в поезде. Он реально взбешён, а значит, может наделать ошибок. Сейчас я его ещё больше взгрею. — Это значит, что Юлия Смирнова не продаётся, господин Ниткин. — Надумаете — звоните. Предложение действует до конца сегодняшнего дня. Вы слышите меня? — Слышу, слышу. — И да, Юлия Викторовна, в случае отказа пеняйте на себя. Вы кое-что моё забрали у Артура. Будьте благоразумны или будьте готовы к серьёзным последствиям, — а затем вешает трубку. Василь улыбается мне и аплодирует стоя: — Жуль, вот что у тебя не отнять, так это то, что ты всегда можешь человека красиво, с огоньком, на фуй послать! — тут его осеняет бредовая идея, — а может, мы тебя туда зашлём, как разведчицу? — Где ты видел разведчицу с такой «мадам по-си-жу»? Меня можно отправить туда только как бомбу. — Ты там всех сразишь наповал, Жуль! — Такой-то спортивной комплекцией? Однозначно. — Жуль, ты слишком строга к себе и вполне спортивна. — Ага, спортивна. Как борец сумо. Ты видел мой пердачокс? — У тебя, Жуля, прекрасная фигура, и, как говорила Раневская, жопа-игрунья! Ты вспомни, кому с утра в офис розы фурами присылают? Думаешь, это только за красивые глазки? Нет, Жуля, ты красивая и привлекательная! Шикарная, восхитительная! Ты роковая женщина! Кровь с молоком! — Василь, замолкни уже. Если бы я была мужиком и имела такой змеиный язык, как у тебя, то я давно уже бы имела и Шейк, Водянову и Шакиру с Кардашьян. На последней фамилии Василь морщится: — Фу-у-у, ты видела, какая у неё отвратная фигура, у Кардашьян? Жопа-дирижабль! Несчастное дитя армянского народа, у неё не ягодицы, а мешки с картохой! Мне и самой задница Кардашьян кажется каким-то порталом в ад! Чёрная дыра, пожирательница семейных бюджетов. Мне кажется, что если бедняжка Ким откажется от еды, жопа продолжит жрать всё вокруг и весело расти. — Ну, с дирижаблем, я, пожалуй, соглашусь, Василь. Ладно, давай ближе к делу. — Давай. А что ты у этого Бориса взяла-то? Про что он говорил? Так… Я стою с телефоном в руке. Смотрю на Василя. Думаю, стоит ли посвящать его в то, что мы с Мещеряковым упёрли у Еноткина двенадцать миллионов. Ну как мы. Я. Но тут… Слышу шорох. Резко оборачиваюсь. Подлетаю к двери. Распахиваю. Даша. С папкой. Стоит, прижавшись ухом к двери. Точнее, теперь просто стоит в позе подслушивающей. Только стакана в руке не хватает. Глаза круглые. — Даша? — мой голос тихий и зловещий, — ты что-то хочешь спросить? Есть вопросы? — Нет-нет, что вы? Я… документы… Юлия Викторовна, я… принесла документы… — Давно стоишь? — Только подошла… — Это хорошо, что только подошла. Зато у меня появились вопросы. Ну, проходи… |