Книга Сделка с боссом. Опасная игра, страница 2 – Татьяна Никольская, Ника Лето

Однушка встретит меня теплом и одиночеством. Полупустой холодильник и счета на оплату кредита и коммуналки. И бесконечный, тошнотворный вопрос: как так вышло, что моя жизнь, мои долги — это всё, что осталось от любви к человеку, который сбежал, даже не попрощавшись?

Мои мысли прерывает рингтон телефона.

Бросаю быстрый взгляд. Ира. Моя лучшая подруга. Она работает секретаршей в соседнем бизнес-центре.

— Ир? — подношу телефон к уху, зажимая его плечом.

Продолжаю расставлять кружки на маленьком серебристом подносе. Времени в обрез. Богдан Игоревич ведь не зря сказал, чтобы я ушла. Наверное, какой-то клиент, желающий остаться инкогнито.

Такое иногда случается. Редко, но бывает.

— Алён, он ушёл! — в трубке рыдания, переходящие в истеричные всхлипы. — Просто взял и ушел! Сказал, что я души… души… душила его! И он замутил с Таней из бухгалтерии! Представляешь?!

Голос Иры режет слух. Я закрываю глаза. Опять. Всё тот же сценарий, только другие имена. Тот же треш, та же боль, которая колет меня где-то в районе груди. Моя собственная история, как в кривом зеркале.

— Ирочка, дыши, — говорю я, стараясь, чтобы голос звучал мягко. Она звонит за поддержкой, у неё тоже никого больше нет. — Послушай, он не стоит твоих слез. Ты же сама говорила, он…

— А ты где? Опять задерживаешься? — Ира перебивает, её голос становится ворчливым. — Ты там, по-моему, живёшь уже. Хотя, с таким-то боссом… Боже, Алёнушка, он же просто бог с того Олимпа! Если бы мой начальник был таким красавчиком, я бы…

— Ира! — обрываю я её резко. Мне вдруг становится жарко и стыдно, будто она подсмотрела за моими самыми потаёнными мыслями. Хотя там такого нет. Конечно, нет. — Прости, но у меня срочное задание. Очень. Я перезвоню тебе, как освобожусь, ладно?

— Ну да, конечно, — фыркает она. — У тебя всегда «срочно». Лети, раб божий корпоративный.

Связь обрывается. Я убираю телефон. И всё-таки опаздываю. Чёрт. Ставлю последнюю, четвертую кружку. Поднос готов.

Аромат кофе, который минуту назад казался роскошным, теперь пахнет тревогой.

Подхватываю поднос, стараясь не расплескать тёмную жидкость. Иду по длинному, коридору к конференц-залу. Из-за матовой стеклянной стены доносится приглушенный гул мужских голосов. Опоздала. Вот и первая осечка. Надеюсь, Богдан Игоревич меня за это не уволит.

Останавливаюсь перед дверью на секунду, набирая в лёгкие воздух. Всё будет хорошо.

Но когда переступаю порог, попадаю под перекрестье четверых мужских взглядов. И моя интуиция тут же пугливо кричит. Нет. Хорошо не будет.

Холодный ручей мурашек сбегает по моей спине.

Майоров смотрит так, будто я совершила непростительную глупость. Его взгляд настороженный, осуждающий, полный скрытого напряжения. Я вижу, как его фигура во главе стола каменеет, как напрягаются пальцы, сцепленные в замок.

А вот у этих троих… У них взгляды диких зверей, пришедших на водопой: расслабленные, но готовые в долю секунды сорваться в прыжок. От их вида меня начинает физически мутить, потому что… они совсем не похожи на обычных клиентов. От них веет опасностью за километры.

Самый старший сидит напротив Богдана Игоревича. Мужчина лет пятидесяти, с аккуратной сединой на висках. На пальцах — массивные золотые перстни без камней. Из-под ворота белоснежной рубашки выглядывает толстая цепь, а из-под манжеты на смуглой руке — край чёрной татуировки.