Книга Сделка с боссом. Опасная игра, страница 57 – Татьяна Никольская, Ника Лето

— Подумайте, — шепчет он мне на ухо. — С кем вам будет лучше? С марионеткой, которая в любой момент может вас бросить, потому что дядя приказал? Или с тем, кто сам решает свою судьбу?

— Отпустите меня, — говорю я. — Пожалуйста.

— Хорошо, — легко соглашается Тихий и останавливается. Он отпускает мою руку, но его пальцы ещё на секунду задерживаются на моей талии. — Я отпускаю вас. Но запомните, Алёна: когда он выберет не вас... когда поймёте, что для него дядя всегда будет на первом месте... моё предложение остаётся в силе.

Он делает шаг назад, и я, не прощаясь, разворачиваюсь и иду к Богдану.

Каждый шаг даётся с трудом. Ноги дрожат, внутри всё трясётся, но я продолжаю идти. И больше всего на свете я хочу, чтобы Тихий сейчас ошибался.

Богдан

Я стою у колонны и смотрю, как она танцует с ним.

Каждое движение Тихого — провокация. Его рука на её талии. Его пальцы скользят по её спине. И я чувствую, как внутри меня закипает что-то первобытное, тёмное, неконтролируемое.

Бокал в моей руке трещит. Я сжимаю его так сильно, что тонкое стекло вот-вот рассыплется в пальцах.

— Ты слишком эмоционально реагируешь, племянник.

Голос дяди вырывает меня из транса. Олег Витальевич стоит рядом, в его руке — бокал с коньяком, на губах лёгкая, почти незаметная усмешка. Он наблюдает за мной. Оценивает. Всё как всегда.

— Это слабость, — продолжает он, делая глоток. — Если она для тебя так важна — ты проиграл. Ты это понимаешь?

Я поворачиваюсь к нему. Внутри всё закручивается ледяным вихрем, но на лице я продолжаю держать привычную ледяную, непроницаемую маску.

— Я не проиграл, дядя Олег, — отвечаю невозмутимо. — Я контролирую ситуацию.

— Контролируешь? — усмехается дядя, кивая в сторону танцующих. — Посмотри на себя. Ты готов разнести весь зал из-за того, что какой-то мужик танцует с твоей девушкой. А она, кстати, держится молодцом. Не то что ты.

Он прав. Я знаю, что он прав. Алёна танцует безупречно — улыбается, смотрит куда-то мимо плеча Тихого, держит дистанцию. А я стою здесь, сжимаю бокал до хруста и борюсь с желанием подойти, вырвать её из его рук и увести. Прямо сейчас. Не дожидаясь конца танца.

— Тихому нужна твоя реакция, — говорит дядя спокойно, будто учит меня основам бытия. — Он провоцирует тебя. Хочет, чтобы ты сорвался. Устроил сцену. И тогда он получит то, зачем пришёл — доказательство того, что она для тебя больше, чем просто игрушка. И будет давить через неё.

— Я знаю, — цежу сквозь зубы.

— Тогда возьми себя в руки. — В голосе дяди появляются жёсткие нотки. — Или ты забыл, кто ты? Ты — Майоров. Ты не позволяешь эмоциям управлять тобой. Никогда.

Я смотрю на Алёну. Танец заканчивается. Тихий наклоняется к её уху, что-то шепчет, и я вижу, как она напрягается. Её улыбка становится ещё более натянутой. Потом он отпускает её, и она идёт ко мне.

Быстро. Почти бегом. Не оглядываясь.

— Извините, дядя Олег, — говорю я, не глядя на него. — Мы продолжим позже.

— Богдан, — его голос останавливает меня на полпути. — Не делай глупостей.

Я не отвечаю. Иду к ней. Мы встречаемся в центре зала, и я беру её за руку. Её пальцы ледяные. Она дрожит. Я чувствую, как сильно она напугана, как старается держаться.

— Пошли, — говорю тихо. — Нам нужно поговорить.