Книга Мой грязный эксклюзив, страница 12 – Кэти Андрес

Виктор задел плечом рычаг смесителя. Сверху ударил тугой поток воды, в секунду промочив нас насквозь.

Его жесткие пальцы впились мне в бедра, и одним сильным, безапелляционным рывком он развернул меня спиной к себе, заставляя упереться ладонями в мокрый, скользкий кафель.

Сзади раздался характерный, отрезвляющий треск разрываемой фольги. Я прерывисто выдохнула, прикрыв глаза.

Слава богу. Хоть у одного из нас в этом животном угаре остался инстинкт самосохранения и мозги.

Широкая, влажная грудь впечаталась мне между лопаток. Его рука легла на мою талию, жестко фиксируя на месте, а вторая скользнула вниз, беззастенчиво раздвигая мои бедра шире. Я была настолько мокрой, что вода из душа была просто лишней.

Он вошел сразу. На всю длину. Без предупреждения, долгих прелюдий и лишних нежностей.

Из моего горла вырвался рваный, полузадушенный крик, который разбился о шум воды.

Господи Иисусе.

Рита была права на все двести процентов — этот наглый малолетка забивал гвозди так, что у меня искры посыпались из глаз. Он заполнил меня целиком, до тупой, тягучей, сумасшедшей сладости внизу живота.

Я привыкла контролировать всё.

В бизнесе, в зале, в своей жизни и в постели.

Но Баженов просто отобрал у меня этот контроль, смял его и выкинул в сток душевой кабины.

Он двигался с пугающей, первобытной точностью. Не как суетливый юнец, дорвавшийся до красивого тела, а как опытный, жестокий доминант, который прекрасно знает анатомию и понимает, на какие точки давить, чтобы свести женщину с ума.

Звуки шлепков его бедер о мои ягодицы эхом отскакивали от стен кабинки. Мои натренированные ноги, которые спокойно жали в тренажере больше сотни килограммов, сейчас дрожали как желе.

Я прогнулась в пояснице, подставляясь под каждый его мощный, глубокий толчок.

Каждый его рывок отдавался разрядом тока где-то в солнечном сплетении. Он бил точно в цель. С пугающей, выверенной жестокостью он раз за разом находил ту самую точку внутри меня, от стимуляции которой у меня перед глазами вспыхивали и гасли сверхновые.

Господи, как же это было… грязно. И как же охуительно идеально.

Горячая вода хлестала по нашим спинам, смешиваясь с потом, но я чувствовала только его. Его обжигающую твердость внутри себя. Моя хваленая броня железной леди, весь мой контроль и высокомерие разлетелись в пыль о мокрый кафель.

Какой, к черту, возраст? Какие правила?

Этот двадцатишестилетний наглец прямо сейчас перепрограммировал мою нервную систему, доказывая, что я ни черта не смыслю в сексе.

Его рука скользнула с моей талии вверх.

Грубые, сильные пальцы зарылись в мои влажные волосы на затылке. Виктор с силой, но без лишней боли оттянул мою голову назад, заставляя обнажить шею.

— Нравится? — прорычал он мне прямо в ухо, прикусив мочку так, что по спине побежала толпа мурашек. — Нравится, когда тебя так берут?

Я не могла говорить.

Из моего горла вырвался лишь сорванный, бесстыдный стон, который был красноречивее любых слов. Я подалась назад, всем телом насаживаясь на него еще глубже, жадно забирая в себя каждый дюйм.

Темп ускорился до звериного.

Шум воды перекрывался влажными, непристойными звуками соударяющихся тел. Я вцепилась побелевшими пальцами в мыльницу на стене, потому что ноги меня уже не держали. Внутри всё сжималось, закручиваясь в тугую, горячую пружину. Воздуха катастрофически не хватало. Я была на грани, еще пара таких мощных толчков, и я рассыплюсь на атомы.